Книга Мне нужна жена, страница 112 – Наталья Юнина

— Пидарас, блин.

— Вот это ты зря. Ведешь себя как ребенок, зачем вы все его дразните?! Я же предупреждала, что он знает очень много матов и не только. Пидараса еще не хватало в его коллекции.

— Мне хватило-Сафронов козел, и этому уж точно научила его новая хозяйка, то есть, это ты Василисочка, если не врубилась.

— Ну, Стас, - обнимает меня двумя руками. – Не злись. Ну сморозила я пару раз глупость при нем, не обижайся. Главное не произносить при нем наводящих слов, ну то есть не материться. Ну и «Сафронов» лучше тоже не произносить. У него вот такая ассоциация. Ну что с него взять – птица тупоголовенькая, - пожимая плечами, тихо произносит Аля. – Не обижайся, пожалуйста, - кладет голову мне на грудь. – Не обижаешься?

— Я еще не решил. Вот думаю куда его деть. Может Жуля его все-таки загрызет? Есть такой шанс или все же без вариантов?

— Прекрати, - усмехаясь произносит Саша, сильнее сжимая меня руками.

— Придумал. Я подарю его своей матери. Чем не лучшая месть от тебя, подаренная моими руками, а Алька?

В ответ я слышу лишь всхлипывания от непрекращающегося Сашиного смеха.

Неделя, проведенная в Сашиной квартире, оказалась вполне себе хорошей, в сравнении с нулевыми успехами на нужном мне фронте. Неидеальной, в свете имеющегося мерзавца по имени Гоши и еще пары раздражающих деталей, но в целом хорошей. И, как ни странно, тридцать квадратных метров, как и отсутствие кровати - не напрягало. Бесил факт того, что ежедневно я подвозил Сашу на работу. Вот это и есть самая раздражающая меня деталь. Какая к черту работа, да еще и до самого вечера? От открытых претензий останавливали, во-первых, все же шаткость наших отношений, во-вторых, то, с каким упоением Аля рассказывала о этих долбаных рисунках на ногтях. Более того, демонстрировала мне два вечера подряд свою работу на искусственных ногтях. Рисовала бабочек, стрекоз, рассказывая поочередно ходы столь сложных рисунков. И я не мог не признать, что это действительно красивая и кропотливая работа. С одной стороны, меня радовал тот факт, что у Саши появилось увлечение, которое ей действительно нравится. Вот только эгоистичная часть меня протестовала этому.

Когда-то я был единственным во всех смыслах этого слова увлечением Саши. И мне это дико нравилось. Нравилось, что я был для нее всем: «подружкой», «мамой», «папой», собеседником, мужем. Да всем, как ни крути. Нравилось не спеша завтракать, обязательно выпивая свежевыжатый сок с излюбленной Сашиной фразой - «это полезно», нравилось приезжать на обед домой, зная, что она приготовит что-нибудь вкусненькое, нравилось, что встречает на ужин. Да, все это нравилось, это была моя привычна жизнь, которой я был доволен на сто процентов. А сейчас всего этого я лишен. Завтракаем впопыхах, и пусть по приятной причине утреннего трахомарафона, но все равно напрягает, как и то, что на обед я не приезжаю в квартиру из-за отсутствия самой Саши. Про ужин вообще молчу – его как бы и нет, потому что Аля заканчивает в восемь. В восемь, мать ее, вечера! Итого - мы наедаемся на ночь, заказывая на дом готовую еду. Да, в этом тоже есть своя фишка, как и то, что вечерний жор плавно перетекает в разговоры до глубокой ночи. Но так или иначе Сашина работа до позднего вечера меня злит. Увы, я не могу с этим ничего поделать. Портить наши, и без того на данный момент, незакрепленные отношения – не хочу. Компромисс, уступки, да по хрен как это зовется, главное, что надо потерпеть. Возможно, через какое-то время меня не будет это уже столь сильно напрягать. Да и надо отдать Саше должное – она на пару со мной тоже старается «не загораться как спичка» при любой возможности. А зная насколько ей тяжело держать язык за зубами и не выплескивать чрезмерно эмоции наружу – это, пожалуй, достойно похвалы.