Онлайн книга «Эксперимент»
|
— Стопэ. Питон – не ядовит. В каком месте я агрессивен? — Питон – это семейство удавообразных змей. Отсутствие яда не делает их менее агрессивными. Они убивают свою жертву методом удушения. Не знали? — Не могу сказать, что я его прям вокруг чьей-то шеи могу обернуть. Так что сойдемся на том, что я немного приукрасил. Так какой у вас размер груди, Ксения Андреевна? Ну и как, спрашивается, его еще огорошить, если даже генитальная тема не смутила этого мужика? Он как ни в чем не бывало снял с себя пиджак, повесил его на ручку кресла и, закатав рукава белоснежной рубашки, вновь перевел взгляд на мою, к счастью, прикрытую грудь. — Вы намеренно пытаетесь спровоцировать меня на какие-либо эмоции не характерные с вашей точки зрения для психолога. Но я такой же человек, как и все. Ваше демонстративное поведение говорит не только о вашей наглости, уверенности в себе и вседозволенности, но и о неудовлетворенности. Весь ваш вид говорит о том, как вам скучно. Вы и сюда решили прийти второй раз не для того, чтобы сдержать слово перед обыгравшим вас другом. Вам просто интересно проявить себя в остроумии, пошлых намеках и смотреть за тем, как отреагирую я. Но в каждом произнесенном вами слове, можно найти больные для вас темы. Не хотите, чтобы я копалась в вас глубже, не стоит акцентуализировать наше с вами общение на мне. Боже, что я сейчас ляпнула? Акце… что? Ай, да пофиг, он сам ни хрена не знает. Сидит в загрузе, значит есть эффект. Выкусь-накусь, предпенсионер. — Боже, столько слов из-за какого-то размера груди. Сам узнаю, как раздену, – м-да… просто непрошибаемый обнагленец. – Слушай, пойдем поужинаем, я есть хочу. Ой, пардон, пойдемте. Я не могу на голодный желудок рассказывать о своих реальных проблемах. Я не шучу. Все мое общение с мужчинами, по сути, сводится к брату. Это его я могу считать без слов. Знаю, когда врет или лукавит, добр или зол. Смотря на этого мужика, я впадаю в некий ступор. Вдруг он реально хочет есть? Уж мне ли не знать, прожившей всю жизнь с братом, что голодный мужчина – злой. — Я не ем после шести, Вячеслав, – исключительно жру. Сама бы сейчас навернула сковородку жареной картошки, а сверху закусила брикетом мороженого. — Так вы из этих? — Каких этих? – встаю с кресла и подхожу к шкафу. Достаю из сумки шоколадку и сажусь на свое место. — Ебанутых баб. — Безусловно, – не предупреждая, запулила в него шоколадкой. Реакция что надо. – Приятного аппетита. — Премного благодарен. А где ваши очки? — В ящике. — Вы стали резко зрячей? — Как увидела вчера вас, так сразу прозрела. Итак, Вячеслав. Если вам есть, что сказать по делу о реально существующих у вас проблемах, я вас слушаю. Если хотите поупражняться в сарказме и прочем – вам лучше уйти, предварительно отдав мне камеру. — Увы, есть, что сказать, – откусив шоколадку, невесело сообщает он и достает из кармана брюк вибрирующий мобильник. – Пардон, важный звонок. Уходить пунктуальный, судя по тому, как раскинулся в кресле, не собирается. Только нахмурился, вслушиваясь в то, что ему говорят. Буркнув «понял», положил трубку, и перевел взгляд на меня. – Все нормально? — Все никогда не бывает нормально, Ксения Андреевна. Но если это тонкий вопрос свалю ли я сейчас – нет. |