Книга Удиви меня, страница 41 – Наталья Юнина

— Прекратите. Это уже перебор.

— Ну ладно, можешь понюхать меня, я помылся и полил себя туалетной водицей. Не в смысле которая с унитаза, а та, которая тебе нравится, — ноль. Ноль реакции. Как будто передо мной совершенно другой человек.

— Я пошла переодеваться, приятного аппетита.

— Стой, — хватаю ее за запястье. — У тебя что-то случилось?

— Нет, все нормально, — вырывает руку и, не смотря на меня, идет к выходу.

Не так я себе представлял свой завтрак, вот совсем не так. И день тоже. Только ближе к вечеру, причем реально к позднему вечеру, Полина в прямо смысле ожила. Стала вести себя как обычно, а если быть точнее — уверенно. И вроде бы понимаю, что в восемь вечера ее надо бы отпустить домой, свинство — держать ее до такого часа, но вот совсем не хочется, да и не изъявляет она никакого желания поскорее выйти из отделения. Я бы сказал, напротив, хочет остаться здесь.

— В принципе, ты можешь идти, — нехотя выдавливаю из себя я, смотря на то, как она старательно выводит буквы в идиотском акте. — Тебя, наверное, друг по сексу уже заждался, пятница как никак.

— Я с ним сегодня не встречаюсь. Сие событие у нас запланировано на завтра.

— А ты разве не собиралась завтра на пляж?

— Собиралась и собираюсь. Мы на пляже этим любим заниматься, — не задумываясь, бросает Полина.

— Понятно. А мне не нравится. Песок в ненужные места забивается, — и вот тут стерильная царская особа подняла на меня голову и посмотрела так, словно я… букашка.

— На одной фабрике видать вас таких потаскунчиков делают.

— Что ты сейчас сказала? — это глюк или там реально было потаскунчик?!

— Ничего. Я закончила с актом и мне бы хотелось обсудить с вами Измайлова.

— А что его обсуждать? Мне казалось, мы вдоль и поперек по нему уже прошлись за сегодня.

— Вы не назначили ему ЭХОКГ. Он по выпискам лихорадил уже в последней больнице, и сейчас непонятно на что именно у него поднялась температура. Почему-то никто не додумался сделать ему настолько простейшее исследование. Дурь какая-то. Посев крови придет только че…

Не задумываясь прикладываю ладонь к ее рту, и как ни странно, руку мне не отбивают и даже не кусают.

— У меня почти чистая ладонь. Останови свой словесный умный поток и посмотри вот сюда, — убираю ладонь и подхожу к рабочему столу. Беру журнал исследований и открываю нужную страницу. — Я записал его на понедельник. Раньше никак.

— Ясно. Ну тогда я вроде все закончила. В принципе, можно домой.

— Стой, — в очередной раз хватаю ее за запястье и усаживаю обратно. Убедившись, что в ординаторской никого нет, пододвигаю к себе стул и сажусь напротив нее. — У меня к тебе деликатная просьба. У меня на затылке какая-то хрень. Я не могу понять, мне это кажется или там реально шишка. Можешь посмотреть? Точнее пропальпировать.

— Эмм… могу, наверное. Сейчас, только перчатки возьму, — да ну чтоб тебя!

— Не надо в перчатках. Я не лишайный и не вшивый. И голова у меня чистая. И твердого шанкра там не имеется.

— А он бывает на голове?!

— А ты не знала? У фигуристов, которые делают неумелые поддержки и держат на голове нижнее заразное достоинство своей партнерши.

— Да ладно?!

— Было дело. У нас в студенчестве приводили такой пример.

— Кошмар.

— Ага. Потрогай меня без перчаток. В смысле мою голову. Докажи, что ты можешь быть врачом, а не брезглей.