Книга Действуй, дядя Доктор!, страница 97 – Наталья Юнина

— Знаю.

— Не знаю, а подсади ее на пеленку.

— Уже сажаю. Не бухти, мам.

Быстро поднимаюсь на второй этаж и плюхаюсь на кровать. Еще пару дней назад, когда только речь зашла о переезде, я думала, что у нас будут проблемы. Но как-то все решилось за один день. Да, я вот так резко решила изменить свою жизнь, вернее, мои домочадцы не дали мне время все обдумать. Наверное, оно и к лучшему.  Мы с Сашей собрали все необходимые вещи буквально за один вечер и уже как два дня живем у Андрея. Конечно, еще почти ничего не перевезено, но для этого есть еще время. Больше всего меня пугали разбросанные носки, чайные пакетики и прочая бытовая дребедень, которая будет неизменно меня раздражать. Да, в конце концов, каждый день одно одеяло на двоих. Но пакетики, как оказалось, Андрей не просто убирает сам, а собирает для растений. Разбросанных носков и в помине нет, да и одеяло настолько большое, что мне удается ухватить его так, как я привыкла спать – подмяв под себя. Проблема даже не в писающем повсюду и жрущем что ни попадя щенке. Фактически у меня появился второй ребенок, причем грудничок, и именно я убираю за этим самым ребенком. И нет, мытье пола, равно как и унитаза, меня не напрягает, а всегда успокаивает и приводит в тонус. Проблема в этой долбаной встрече, которая состоится уже через два часа. Как сказал бы Лебедев – я ссыкуха. Даже не трусиха. Это не мои подчиненные, я не смогу на них крикнуть или поставить на место. Дошло до того, что мысленно я репетирую падение с лестницы перед самым выходом. Понимаю, что это идиотизм, но поделать с собой ничего не могу. Страшно. Сама не знаю от чего. Если бы не этот дурацкий поход – мою жизнь можно назвать почти идеальной. Что в принципе тоже напрягает, ибо попахивает нереальностью.

— Лен?

— Давай не поедем, - без предисловий произношу я. - Ну, пожалуйста, - чувствую, как подо мной прогибается кровать.

— Это просто встреча. Ну ты чего?

— Я уже репетирую в голове, как упаду с лестницы, чтобы никуда не идти. Понимаешь? Я не хочу ничего себе ломать. В январе я должна быть огурцом, мы полетим на море. Мне нельзя ничего ломать. Понимаешь? - как дурочка повторяю я, вглядываясь в улыбающегося Лебедева. - Давай не поедем, ну пожалуйста. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, - обхватываю ладонями его лицо и начинаю покрывать хаотичными поцелуями.

— Хорошо.

— Да?! - удивленно произношу я.

— Конечно же, нет, - усмехаясь, произносит Андрей. - И ломать себе ничего не нужно. Мы на пару часов. Максимум. Или ты сама одеваешься или тебя одеваю я. Считаю до десяти.

— Сама, - нехотя отвечаю я, вставая с кровати. - Как хоть твою мать-то зовут?

— Твою мать.

— Андрей!

— Татьяна. Михайловна, - добавляет Андрей с улыбкой на лице. - Я не понимаю зачем ты себя накручиваешь.

— А я не понимаю зачем мы туда идем.

— Завтра, а может в любой другой день недели моя мать заявится сюда не только с контейнером еды, но и придет с какой-нибудь девицей, которую пророчит мне в жены. Оно тебе надо? Появление вместе решит эту проблему и обозначит границы. Понравишься ты ей или нет – не имеет никакого значения.

— Ты многих девушек приводил на знакомство с родителями?

— Одну. Свою бывшую жену, и то только потому, что по-другому было никак, мне нужны были бабки. У студента Андрюши не было денег, чтобы снимать квартиру со своей псевдобеременной будущей супругой. Мне не было смысла знакомить родителей со своими женщинами. А вообще моя мать как-то сама умудрялась с ними общаться. Не со всеми, конечно, но умудрялась.