Книга Действуй, дядя Доктор!, страница 95 – Наталья Юнина

— Не буду ругаться. И хватит из меня делать не пойми кого. Вы хоть купили ей корм, лежанку. А вода. Почему у нее нет воды?

— Все в шкафу. Я убирала, пока ты стучала.

— Ясно. Ладно, с собакой разберемся. Вынимай все из шкафа, но ночь дверь в спальне закрой. Мало ли куда пойдет. У меня такси приехало.

— Мам, ну ты хоть сделай попроще лицо. Улыбнись, это же просто щенок.

— Саш, ты, конечно, у меня умная, но все же ребенок. Не все так просто и не в щенке дело. Ладно, я пойду. На кровать ее не бери, она просто не спустится сама, да и… написает еще. Маленькая же.

— Не буду брать. Мы потом ей лестничку купим, чтобы она забиралась и спускалась сама.

— Да, купим. Ладно. Не засиживайся долго.

***

Почему-то появляться в такой час у дома Андрея и о чем-то говорить – не страшно, а вот то, что его здесь не окажется или меня тупо не впустят – страшно. Однако калитку мне открыли почти сразу. Значит мой фейс в камере Лебедева не испугал. Подхожу к двери, но открыть ее не успеваю, Андрей ее распахивает первым. Босые ноги, спортивные штаны и голый торс. В руке кухонное полотенце.

— Ну чего стоишь? В первый раз меня видишь? - о да, наверное, где-то глубоко внутри я надеялась на эту полуулыбку на его лице, которую он усердно от меня прячет.

— Не в первый, - бурчу себе под нос, наблюдая за тем, как он берет меня за руку, затягивая в дом.

— Ты один?

— Нет. Наверху клиентка. Я как раз собирался ее трахать.

— Несмешно, - скидываю с себя куртку и сапоги.

— Не соблазнять меня приехала, - окидывает меня взглядом с ног до головы.

— Это намек, что я страшная?

— Это констатация. Пойдем на кухню, я есть хочу.

Иду вслед за Андреем, мысленно прокручивая в голове речь, которую готовила всю дорогу. Вот только проблема в том, что голова почему-то не хочет работать. И только увидев в миске на столе чищенный картофель и рядом стоящую терку – почему-то полегчало.

— Драники?

— Да, захотелось жрать.

Подхожу к раковине, мою руки и возвращаюсь к столу. Да, мне безусловно надо себя чем-то занять.

— Я потру картошку? Картофель, - быстро исправляюсь я, хватаясь за овощ.

— То есть ты пришла ко мне в такой час, чтобы чистить картофель?

— Нет. Просто надо руки занять. Ты только не перебивай. Я никогда не представляла свою жизнь с мужчиной, ну в сознательном возрасте. Вообще не понимала, как можно терпеть постороннего человека больше двадцати минут рядом с собой, даже если он красивый. Единственное, о чем я допускала мысль, так это о сексе. Да и то, больше для галочки, дабы не слыть белой вороной. Но, как тебе известно, у меня его не было. Хотя одна попытка была. Несколько лет назад, - поясняю я, переводя взгляд на Андрея. - Закончилась она весьма прозаично, на снятых носках. Я поняла, что этот человек меня раздражает еще до секса. Хотя он был красивый. Ни о какой симпатии, влюбленности, тем более любви – речи не шло. Ни с ним, ни с кем-то еще. Ладно, это все лирика. Вернемся к Глебу. Сколько я его помню, он всегда был собранным, жутко умным, иногда занудным, но дико продуманным человеком. Во всем. Таких людей очень мало. Его уму и способности зарабатывать деньги, можно было только позавидовать. Я всегда пыталась перенять его хватку и способность вот так все четко делать. И переняла. Не все, конечно, не хватает характера, да и много чего другого, но что-то да. И все у него было зашибись, прям так, что в пору было только завидовать его целеустремленности. А потом его переклинило. Влюбился в малолетку. Реально головой двинулся. Был человек и… перестал им быть. Превратился в какое-то желе. Сколько себя помню, я всегда насмехалась над его… любовью к ней. Не всегда красиво себя вела. Да вообще некрасиво. Он отсидел из-за нее два года.