Книга Безнадежно влип, страница 108 – Наталья Юнина

— Не раздевайся. Ты хотела попасть в больницу, мы договорились.

— Будет как в прошлый раз?

— Ты меня плохо слышишь? Поехали.

Только не радоваться раньше времени! Только не радоваться. Сердце готово выпрыгнуть из груди, как только мы подходим к реанимации. Руки совершенно не слушаются. И спасибо папе, без него я бы не надела дурацкий халат.

Вот где поистине страшное место. Пикающие приборы дико раздражают. Я совсем не так представляла нашу встречу. Хотя, встречей это назвать сложно. Миша, в отличие от Жени, на меня не смотрит. Что я вообще ожидала от встречи с человеком в коме? Наверное, как в кино, чтобы тут же очнулся.

Провожу ладонью по отросшей щетине. Почти борода. Невольно усмехаюсь в голос, осознав, что мне она нравится. Мне так много хотелось ему сказать, но сейчас все мысли куда-то исчезли.

— Я тебя люблю, можешь не обводить ничего в календаре. И комплименты не говорить. Я тебе весь слив в ванной забила. Ты просто обязан уже прийти в себя и почистить его. Я мыться уже не могу, понимаешь?

Аккуратно коснулась губами его щеки и закрыла глаза, мысленно повторив про себя десятки раз «все будет хорошо». Не знаю почему, но из отделения я вышла какая-то окрыленная.

Миша не пришел в себя по мановению волшебной палочки ни через день, ни через два. А вот на третий я получила долгожданный звонок от врача. К счастью, находилась я почти рядом с больницей.

Мои любимые голубые глаза. Смотрит на меня вполне осознанно. Боже, живой! Только не реветь! Блин, что говорят в таких случаях?! Привет? Так, стоп!

— Ты можешь говорить? – вдруг доходит до меня.

— Ты кто?

— В каком смысле?

— В прямом. Ты кто? – да что за бред. Потеря памяти, как в кино? А может, он разыгрывает меня?

— Киска, дружок? – ничего не вижу во взгляде, что сказало бы о том, что он все помнит. Да ну, как так?! – Я твоя жена. Мария.

— Полная сахасрара. Когда ты успела меня окольцевать? – улыбается гад!

— Ну и свинья же ты, Миша, – злиться на него не получается совсем. Тянусь к нему и целую в губы.

— Я зубы так-то не чистил сто лет.

— Плевать. А я вчера чеснок ела. Не страшно.

— Бля, тело как не мое. Жопа.

— Нет, нет никакой жопы. Я спрашивала. И ходить ты будешь.

— Жопа чешется.

— Никогда не думала, что буду так рада такой жопе. Почесать?

— Не, у меня катетер, я в неприглядном виде. Ща соберусь и сам почешу. Что с пальцем?

— Перелом. Папу ударила. Думала, что это он аварию подстроил.

— Круто. Но ты так и не научилась ставить кулак, – вижу, как тяжело дается Мише разговор, но замолчать не могу.

— Ну вот, как выйдешь отсюда, надо снова закрепить результат. Да и на твоем месте, я бы поторопилась, так как я забила всю твою ванну своими волосами. Мой волосяной комок ждет твои руки.

— Ну теперь я, конечно, быстрее пойду на поправку. Маш?

— А?

— Я передумал, почеши мне.

— Попу?

— И левую лопатку.

Глава 32

Даже не знаю, что хуже, ходить по магазинам или переться к кому-то в гости на день рождения. Маша как будто специально делает все нарочито медленно.

— А как тебе такой бюстгальтер?

— Давай остановимся на цветах и кулоне. Дарить лифчик – это как-то странно.

— А я не собираюсь его дарить. Это для меня любимой. Я померяю? – тяну руку к этикетке.

— Пятнадцать косарей? Ты серьезно?

— Ну, не двадцать же.