Книга Заставь меня остановиться 2, страница 29 – Наталья Юнина

— Господи, что за страшила? — поворачиваемся на голос Егора.

— Сам такой. Это новый член семьи. Пока еще не придумали, как назвать. Кстати, как, пап? — обращается уже ко мне.

— Если девочка, то плешивка, если мальчик, то лысый, — усмехаясь, произносит Егор.

— На свое бы лицо посмотрел. У кого еще и плешь.

— Хватит, — прерываю их очередную перепалку. — Посушите собаку и, Ника, пока меня нет, не смей пускать ее в мою спальню.

— Окей. Пап, купи еще витамины какие-нибудь.

— Что-нибудь еще? — саркастично отмечаю я.

— Остальное все потом.

* * *

Никак не мог подумать, что поход в зоомагазин станет для меня очередным напоминанием о курносой малолетке. Малолетке, которую я четко решил для себя вычеркнуть из своей жизни. Вчера решил. Ночью. Правильно говорят, утро вечера мудренее. В моем случае обед.

— Это декоративные ежи или дикие? — интересуюсь я у сотрудника магазина.

— Диких не держим. Это африканский карликовый еж. Хотите себе приобрести? Животное с характером.

— Ну, было бы странно, что с таким носом у него был бы хороший характер. И нет, не себе. Девушке в подарок. Животное типа должно быть похоже на хозяина, правильно?

— Типа того, — усмехается продавец.

— А есть самка?

— Это и есть самочка.

— Замечательно. Ну здравствуй, Анечка, — разум, разум прием. Останься, драгоценный мой, со мной. — Беру. И все, что этой носатой необходимо. Клетка, питание. Ежихе в смысле.

— Сейчас все подберем.

Стою на асфальте я в лыжи обутый, то ли лыжи не едут, то ли я долбанутый… Трезвый ведь. Так какого хрена у меня в руках полностью укомплектованная ежиха по имени Анечка?

Смотрю на расхреначенный в хлам тапок, лежащий на кровати и… больше не зверею. Так, легкая раздражительность. За пять дней я к этому привык. Это всего лишь тапок. Его можно с легкостью купить. Бить или ругать собаку хрен знает через сколько времени после содеянного — крайне неразумно. Да и жалко мне эту доходягу. Пусть хоть тапки пожрет если в радость. Что-то во мне явно перещелкнуло не в ту сторону, если я позволяю не только грызть тапки, но и лежать собаке на моей кровати. Совершенно нечистоплотное животное. К тому же, пока еще и с нездоровой шерстью. Подхожу ближе к кровати, и собака тут же спрыгивает с нее, уносясь в неизвестном направлении. Гадость сделала и в кусты. Что-то мне это определенно напоминает. Перевожу взгляд на клетку с ежихой.

— Ну здравствуй, дорогая. Как жизнь молодая? — ощущение, что уставившаяся на меня Анечка не только сканирует мою руку, думая, куда бы лучше вцепиться, но и определенно что-то замышляет.

Никогда не мог даже в страшном сне представить, что такое маленькое чмо может быть настолько злым и агрессивным. Это, мать вашу, всего лишь ежик! Почему в детских книжках не намекают на то, какая это злая зараза? Анечка номер один просто чудо чудесное по сравнению с этой зубатой тварью. Если еще несколько дней назад я хотел преподнести зубатую в виде презента госпоже Озеровой, то теперь мне кажется это самоубийством. Она ведь непременно достанет ее из клетки при мне и как любая девочка начнет тискать животное. А дальше Аня без пальца, и я враг номер один. А я ведь и без того для нее враг номер один, судя по полному игнору и редкому, но проскальзывающему выражению лица «пошел на хер».