Книга Принцип неопределенности, страница 94 – Екатерина Рыжая

Регина ушла непобежденной королевой, оставив за собой шлейф терпкого полынного запаха, а я не нашла сил встать с кресла и ее проводить. Ее прощальные слова проникли в мою кровь ядом и уже растеклись по венам. Почему он не говорил мне о подобном исходе, ни разу не намекнув, что у него самого будут проблемы. Да, я понимала, что со мной будет, если останусь вечной любовницей в тени блистательной жизни, но почему мне и в голову не пришло задуматься об обратной стороне медали? А что будет с ним, если он разведется?

Наконец, настал день икс. Последние несколько дней нервы у всех зашкаливали. Особенно грустной и задумчивой была Солнце. Порой она так печально на меня смотрела, что мне становилось не по себе. Однако на все мои расспросы она отвечала, что все хорошо, а потом так нежно улыбалась и целовала меня, что все сомнения вылетали из моей головы.

Тимур тоже был на взводе. Однажды я даже услышал, как он орет по телефону на Ами, требуя, чтобы она отказалась от этой опасной затеи. Однако она оказалась непоколебимой в своем желании помочь подруге и стойко игнорировала его наезды.

Одно радовало — Ян перестал на меня смотреть так, словно готов кастрировать меня голыми руками, а потом скормить мне мой же член. Думаю, что Ульяна с ним поговорила, но спрашивать подробности беседы у меня не было желания.

И только Милана порхала довольной райской птичкой, списывая наше напряжение на волнение перед премией. Нас лишь настораживало, что к ней прилипла Карина и старательно набивалась в подруги. От Полонского мы узнали, что даже за нарядами на красную дорожку они отправились вместе и провели почти весь день вдвоем. Я попытался высказать свои подозрения, но Ян возразил, что пока Мила чем-то увлеклась можно спокойно заниматься планирование нашей операции. Иначе она вцепится в нас и вынудит рассказать, чем это мы занимаемся. А потом белокурый ураган будет не остановить.

Регина тоже притихла, словно выжидая чего-то. Она заперлась в квартире и даже доставку платьев заказала на дом. Странно, что в этот раз это обошлось без присутствия ее стервозной сестрицы.

Но несмотря на все внутренние разногласия, ехать на премию нам придется всем вместе, изображая большую дружную семью. Лимузин уже прибыл, и мы нервно топтались внизу, ожидая, когда спустятся дамы. Бертцу с чего-то пришло в голову одеть нас в одном стиле, небрежно-классические костюмы с жилетками разных цветов: у меня сапфирово-синяя, изумрудная зелень для Яна и насыщенно-фиолетовая Тимура. Хотя в прошлые годы нам разрешалось выбирать одежду самостоятельно, в этом мы были для тестя просто ростовыми куклами.

Первая спустилась Карина в широких прямых брюках и корсетном топе. Она обвела нас строгим взглядом, лишь чуть дольше обычного задержав внимание на Яне, а потом подошла к отцу и начала показывать ему что-то на планшете. Тот довольно улыбнулся и одобрительно потрепал дочурку по щеке.

Затем смущенно извиняясь вышла на высоченных шпильках Мила. Ее серебряное платье на тонких лямочках, украшенное рядами бахромы, напоминало о ревущих двадцатых. Полонский восторженно залип, практически капая слюной на мраморный пол. Он не слышал ее извинений и готов был тащить возлюбленную в ближайший уголок, чтобы получить свой десерт.