Книга Принцип неопределенности, страница 92 – Екатерина Рыжая

* * *

Что ж, могу искренне сказать, что фотографии не только не преувеличивают красоту Регины Бертц, но даже наоборот приглушают. В жизни она еще ослепительнее. Идеальная кожа, длинные иссиня-черные волосы и сапфировые глаза — к ее ногам будет счастлив упасть любой мужчина. Сердце сжимается от ревности, при мысли, что Никита проводит ночи с ней в одной квартире. Страшно представить, что может между ними происходить.

Но единственное, что я могу себе позволить это полностью доверять своему мужчине. И еще держать себя в руках, чтобы случайно не сделать его вдовцом. Неимоверно бесит, что она держится так, словно это ее дом и именно она в нем полноправная хозяйка. Понятно, что это провокация, но желание ударить ее не проходит.

— Извини, чай-кофе не предлагаю. Не считаю нужным. — Улыбаюсь краешком губ, но Регина понимает мои истинные эмоции.

— Я еще не сошла с ума, пить что-либо из твоей посуды. Мало ли что можно подхватить. — Она зеркалит мою усмешку, и мне приходится признать, что ближайшие полчаса будут очень тяжелыми.

— Не знаю, Никите нравится и пить, и есть в моем доме. Трахаться в этой квартире он тоже любит. Не только в спальне.

Регина недовольно щурится, на несколько секунд теряя всю привлекательность, но волевым усилием берет себя в руки. Она понимающе кивает мне головой, словно подружке за ланчем, а затем чуть наклоняется ко мне и широко улыбаясь наносит ответный удар.

— А на спинке кресла было? У нас дома вся мягкая мебель со средней спинкой. Он любит перекинуть партнершу через нее и жестко трахать. Иногда даже анально. Главное так, чтобы на коже потом оставались его следы, которые не сходят неделями.

Я знала, что когда-то у них был секс, но никогда не интересовалась как давно их интимная жизнь закончилась. У меня сейчас отвратительное чувство, что она готова раздеться, чтобы продемонстрировать мне те самые следы. Кто бы сказал, как сложно мне удерживать на лице отстраненную маску и не показать ей свою боль.

— И трахал так он не только меня, и не только тебя. Надеюсь, что ты это понимаешь. — Она грустно кривит губы, и с ужасом я понимаю, что это правда до самого последнего слова.

Мне никогда не хотелось расспрашивать Никиту о том, были ли у него любовницы до меня. Даже сейчас я не хотела знать этого, но тем не менее мне приходится выслушивать о его похождения от его же жены.

— Ты не первая, и возможно даже не последняя. Вопрос в том, хватит ли у тебя терпения принимать Ника после его приключений. Понимаешь каково это, когда он возвращается домой, а от него пахнет алкоголем и женскими дешевыми духами? Иногда они специально оставляют на нем метки — царапины или засосы, а тебе остается молча смотреть на это, а потом в ванной глотать слезы. Михеев звезда, его голос собирает стадионы, и почти каждая девка на это стадионе мечтает, чтобы он ее трахнул! И он будет их трахать, а ты будешь ждать его дома с пирогами и горячим чаем.

Мне хотелось думать, что Регина запугивает меня, играет на моей неуверенности и ревности. Но она не смотрела на меня во время своего проникновенного монолога. Ее взгляд рассеянно блуждал по квартире, пока она делилась своей болью. Потому что я внезапно поняла, что все было именно так. И впервые меня посетила одна простая мысль — а будет ли ему достаточно одной меня?