Онлайн книга «Чёртовы колядки»
|
Но когда я пошла на двор умываться, то увидела, что Елизавета сидит в веранде перед большим ткацким станком. Часть готового синего полотна она внимательно рассматривала и поправляла что-то в тяжёлых деревянных деталях станка. Ишь, я такого не видала никогда, подумала я, может только в музее! Красота! Я тоже хочу так уметь, нужно будет напроситься к мастерице в ученицы. — Доброе утро! – сказала я, – А я думала, что сегодня вперёд тебя проснулась… Ты вообще спишь ночью? Я подумала, что и в самом деле никогда не видела Елизавету спящей! Когда я засыпаю, она ещё не спит, а когда просыпаюсь – уже не спит… — Сплю, конечно, – рассмеялась Елизавета, – Просто привыкла рано вставать. Идём завтракать, сегодня дел много. Михаил приехал ко двору Елизаветы, как и обещал, когда старый пастух собрал стадо и вместе с юным своим помощником гнал коров вдоль берега озера. — Доброго утра, хозяюшки, – Михаил облокотился на забор, – Ну что, Елена, готова? Или дела какие есть? Я посмотрела на Елизавету, но та только улыбнулась мне в ответ, значит, поеду на мельницу, поняла я и кивнула Михаилу. — На-ка, мельнику передай от меня, – Елизавета подала мне глиняный горшок, завязанный в узел белой тряпицей, – А то что-то сам он за маслом давно у меня не бывал. Михаил подождал, пока я усядусь на телегу позади уложенных мешков с зерном, подал мне Елизаветин подарок для мельника, и мы тронулись в путь. Рысуха неспешно шагала по улице, а я впервые после приезда разглядывала дворы и дома загадочного Карпухино… Ничего необычного я не увидела, хозяйки занимались своими делами, кое-где на заборах висели любопытные ребятишки, откуда-то доносился стук топора или молотка. Село жило своей обычной жизнью, и никому не было дела ни до меня, сидящей на телеге, ни до Михаила, идущего рядом. — Ну вот, сейчас за околицу выедем, там на холм подымемся, тут и приехали, – говорил мне мой спутник, – Чуешь, какой ветер сегодня? Вот Николаю радость, а то он уж и загрустил было. Ну, у нас молоть немного, всего пять мешков. Он за день управится, при таком ветре. В четверг можно будет забирать! Николай встретил нас не очень гостеприимно, но я уже привыкла к тому, что люди здесь занимались своими делами, и не очень любили праздношатающихся, навроде меня. Та же Настёнка на меня тогда как посмотрела… дескать, городская тетёха. — Здравствуйте, – сказала я, не обращая внимания на неприветливость мельника, – Николай, вот вам Елизавета масло передала… — Благодарствуйте, – мельник с поклоном принял подарок, и стал немного благосклоннее ко мне, – Ну, проходи, гостья… Нешто мельницы никогда не видала? — Изнутри не видала, – смущённо ответила я, но тут Михаил просто взял меня за руку и повёл внутрь. А внутри всё поскрипывало, шумело и крутилось, тяжёлые жернова поворачивались, высыпая белую муку. Я стояла, подняв голову вверх и смотрела на всё это великолепие… Надо же, что придумали люди, какие приспособления, и без всякого там электричества и бензина! — Обычно я сюда не пускаю никого, – сказал Николай немного ворчливо, – Но за тебя Михаил вон как просил, ладно уж, думаю, уважу брата… Я удивлённо посмотрела на Михаила, он не говорил, что Николай – его брат. Так что же, получается, что он тут и живёт, и семья его тоже… он вроде бы про матушку что-то тоже говорил. Расспросить бы их об этом Карпухино, но… не скажут ведь, да ещё и выгонят с мельницы! В конце концов, разрешили посмотреть – значит нужно смотреть и уходить, не раздражая хозяина. |