Книга Янтарные бусы, страница 123 – Алёна Берндт

На прием приходили вроде бы и с пустяковыми проблемами, но при малейшем подозрении теперь и жителей Богородского, и близлежащих сел и деревень направляли к кардиологу, и именно такой подход позволил не только вовремя диагностировать проблемы, но даже и спасти несколько жизней.

Люба теперь не должна была отчитываться или ощущать вину ни за ночные дежурства, ни за выезды на подмену в какой-нибудь соседний медпункт: муж ее понимал и поддерживал. Бывала она и в Калиновке, где хочешь не хочешь, а слышала о семье своего бывшего мужа, да и о нем самом.

Говорили, что у Вики обнаружились серьезные проблемы, с которыми ее даже несколько раз госпитализировали в город. Местные говорили – «в дурдоме лежала», но Люба знала, что это означает.

— Я тоже думаю, это у нее от нервов случилось, – соглашалась с Любой Наташа. – Муж предал, развод, да и дома, как я думаю, ей некому поддержку оказать. Я слышала раз, как мать на Вику кричала, что та семью опозорила…. Тут запросто можно на нервной почве сорваться!

А однажды Люба увидела, как из кабинета мужа выходит сама Галина Смирнова собственной персоной. Увидев Любу, Галина Николаевна отвернулась и бочком проскользнула по коридору на выход. Люба ее даже узнала не сразу, потому что в сухонькой и чуть сгорбленной женщине было сложно узнать ту самую «госпожу Смирнову»…

— Сереж, а что это? Неужто бывшая моя родственница снизошла до нас, провинциальных специалистов? – спросила Люба у мужа в обед. – Она же все в городе лечиться собиралась.

— Сердечко прихватило, с такой жалобой пришла, – покачал головой Сергей. – Я ее на обследование отправил, нужно проверить все же. Жаловалась, что дети непутевые сначала мужа до могилы довели, а теперь вот и ее хотят со свету сжить. Я думаю, проблемы у нее серьезные, нужно будет в город направлять. Гипертония еще… сама понимаешь.

Люба удивилась, какие же дети, которые такие непутевые… Старшая дочь Марина давно уже живет где-то далеко и глаз к матери не кажет, Вика хоть и рядом, но они с матерью вроде бы всегда ладили, имея схожие характеры. А Олег… кто знает, где его носила судьба по просторам родины.

Махнув рукой, Люба выбросила из головы все думы о прошлом, ей было чем заняться и без этого. Но прошлое все же нет-нет, да настигало ее, словно эхом доносившимися новостями.

Однажды, когда в предновогодние дни в Богородском Доме культуры шел традиционный концерт, где вручали грамоты работникам колхоза и других предприятий, Люба сидела рядом с мужем, неимоверно гордая его успехами. Даже своя, полученная из рук председателя профсоюза, грамота ее не так радовала, как речь о Сергее. Председатель рассказал, что именно благодаря стараниям Сергея Николаевича Чернова в больнице появилось новое оборудование, которое главврач «выбил» в Москве.

Когда начался новогодний концерт, Люба и Ксюша шептались о своем, стараясь не привлекать внимания и не мешать артистам.

— Мне очень нравится твой янтарь, очень тебе к лицу! – Ксюша кивнула на сережки и кулон. – Все же молодец Серега у тебя! Мой-то, глядя на него, тоже решил, так сказать, «подтянуться», – тут она показала Любе новое колечко на пальце с красивым синим камешком.

— А теперь на нашей сцене выступит… – раздался со сцены приятный голос конферансье, – наш, родной, местный ансамбль! Который когда-то становился лауреатом столичного конкурса! И сегодня мы с вами увидим их в прежнем составе!