Книга Гарантия на жизнь, страница 71 – Нина Князькова

— Идите, — кивнула я детям, которые замерли на месте, не решаясь отойти от меня. — Все будет хорошо, — я твердо посмотрела мальчику в глаза, и Дэн кивнул.

Он взял за руку испуганную сестру и повел к двери. Я проводила их взглядом, а после того, как дверь захлопнулась, повернулась к этому мужчине. Теперь я пленница, а потому у меня есть возможность получить ответы на некоторые мои вопросы.

— Почему ты меня не боишься? — К столбу меня привязывали куда более основательно, нежели детей.

— А надо? — Я не боялась, я опасалась. Нет, внутри было общее возмущение всей этой ситуацией, но мозг почему-то отказывался верить в то, что кто-то из моих любимых людей может погибнуть. А за себя я почему-то совсем не переживала. Может быть, надо Смолову пожаловаться, что беременность отключила мой инстинкт самосохранения напрочь. Ой, нет. Он меня потом вообще запрет в палате с мягкими стенами. Лучше помолчу…, если выберусь отсюда. — Я могу и побояться, — подняла я глаза к потолку. — Но мне несколько дней ставили расслабляющие капельницы, поэтому я могу слегка ненормально реагировать на внешние раздражители, — решила я высказать свои предположения по поводу отсутствия у меня нормального страха.

Дед Никульчиных-младших разглядывал меня с каким-то исследовательским интересом.

— Ты забавная, — наконец, вынес он вердикт. — Я теперь понимаю, что Толик в тебе нашел.

— И что же? — Не преминула поинтересоваться я.

— Ты живая, — дернул он подбородком, но тему развивать не стал.

Я же подумала, что это удачный момент обсудить создавшуюся ситуацию.

— Меня Тиной зовут, — начала я с простого.

— Авдей, — представился он.

Ох, ну и имечко. Хотя, его дочь вообще Эллой звали….

— Вы убили бывшую помощницу директора «Топинамбура», — у меня это прозвучало, как утверждение. — Зачем?

Этот Авдей посверлил меня неприязненным взглядом.

— Решила провести допрос? — Спросил он прямо.

— Ну, почему сразу допрос? — Я мягко улыбнулась. — Просто нам долго ждать, а говорить о чем-то надо. Чем не тема для разговора? Тем более, что во всех фильмах и книгах злодеи рассказывают о своих злодеяниях перед тем, как укокошить кого-нибудь.

Мужчина громко хмыкнул.

— То есть, по-твоему, я — злодей? — Переспросил он.

Я попыталась все сформулировать кратко и емко.

— С моей точки зрения, это абсолютный факт, — я оперлась плечом о столб, чтобы стоять было удобнее. Дэн был прав, не помешал бы тут стул. — И это я же у вас в заложниках нахожусь, а не наоборот.

— Логично, — кивнул Авдей и принялся что-то раскладывать на низком ящике в пяти шагах от меня. — Но это ты живешь со злодеем, сжившим со свету мою дочь.

— Что-о? — У меня лицо вытянулось от таких откровений. — Насколько я знаю, она сама от Толи ушла, — припомнила я.

— Сама, — согласился он. — Но Никульчин даже искать ее не стал. Даже не позвонил ни разу. Она полгода жила в городе и ждала его звонка, прежде чем податься в Москву.

— Тогда Анатолий здесь тем более ни причем, — я все никак не могла понять ситуацию, в которой вот так все можно вывернуть. — Она ж ушла, хотела свободы. Толя ее отпустил, потому что любил и желал ей счастья.

— Это называется «любил»? — Не согласился со мной мой собеседник. — Он нормально семью обеспечить не мог, пока она была рядом. Вечно в этой своей школе пропадал. А стоило ей уехать, как он тут же создал целую компанию и принялся зарабатывать. Пришлось ехать к Элле в столицу и учить ее уму разуму. Тем более, что она от кого-то другого залетела….