Книга Последняя надежда, страница 19 – Нина Князькова

— Господи! Космический дебил. – Констатировал я.

Завел машину и поехал по известному адресу, где мне могли бы лучше всего помочь. Ночь на дворе уже, конечно. Но я сегодня снова не усну, если не решу проблему. Мама говорит, что это детская травма урожденного перфекциониста: все проблемы должны быть решены.

Ключи от Дюхиного дома у меня были с собой, поэтому вломился я к ним без проблем. Снял верхнюю одежду и прокрался на кухню, где горел неяркий рассеянный свет. Поставил чайник на подошву и включил его. Лучше чай пить, чем водку. Пока рылся в ящике в поисках чая не для беременных, услышал легкие шаги. Обернулся.

«Ты чего по ночам на кухне шумишь?» – Дюха в одних домашних штанах уселся на табурет.

— Чай ищу. – Тихо сознался, не прекращая поисков. – С Надькой поругался сегодня.

Брат встал и, достав одну из пачек, бросил ее на стол. Я присмотрелся к этикетке.

— Это же для беременных. – Возмутился я.

«Это успокоительные травы. Заваривай и пей».

Послушно залил пакетик кипятком и сел напротив Андрея.

— Я Надьку замуж позвал. – Пожаловался после первого глотка противного чая.

Дюха сочувственно на меня посмотрел.

«Отказала?»

Кивнул.

— Не знаю только, что сейчас делать. Как-то дошло сегодня, что если не она, то никто. – Грустно усмехнулся. – У тебя с Анжеликой так же было?

Брат согласно качнул головой.

«Я ее увидел, и сразу пришибло».

Я не стал озвучивать, что при первой встрече Анжелика и меня едва не убила, а про Темыча так вообще молчу. Лика утром проснется, надо будет у нее выспросить про все слабые места моей будущей невесты. Сейчас я сопли подберу и пойду в наступление. Благо, впервые за последнее время я пришел с какое-то согласие с собой в плане личной жизни.

Надежда

— Слушай, а чего Виталик полночи просидел в машине под окном? – Баба Нюра утром была само благодушие.

— Не знаю. – Пожала плечами, умывая холодной водой опухшее от слез лицо.

— Да и ты сама какая-то… нервная. – Не унималась старушка.

— Нормальная я. – Быстро соврала.

— Ну да, ну да. – Не поверила она. – Тогда садись завтракать, а то вчера толком не поужинала даже, а потом еще и бегала по деревне два часа.

— Я девочку спасала. – Оправдалась, садясь за стол.

— Хорошее дело. Тебя бы еще кто-то спасал все время. Это Анжелику у нас спасать себе дороже, а тебя можно. Ты хоть не убьешь спасителя в процессе спасания. – Многозначительно выдала Анна Николаевна.

Только рот открыла, чтобы парировать, как в дом зашел человек.

— Анна Николаевна. – Я замерла от голоса матери. – Вы дома?

Баба Нюра нехотя поднялась из-за стола и посеменила в прихожую.

— И чего, Катерина, тебе по утрам в гости идется? Али дома завтракать не дают?

Бабулю мать побаивалась, и без приглашения почти никогда не приходила. Потому-то я и чувствовала себя здесь в большей безопасности, чем где-либо еще.

— Надежда у вас? – Спросила мама дрожащим голосом.

— А почто она тебе? – Анна Николаевна всегда пыталась докопаться до сути.

— С ней Ваня поговорить хочет. Отец же он ей. – Попыталась донести гостья до старушки существенность вопроса.

— Раз хочет поговорить, чего сам не пришел?

Мама немного помялась.

— Так после того, как его Евгений Лаврентьевич десять лет назад с крыльца спустил, он опасается сюда заходить.

— Значит не настолько дочь и нужна. Иди по добру Катерина. Не ходи сюда за этим. Уедет, потом поговорим. – Баб Нюра указала на дверь.