Книга На краю неба, страница 9 – Оксана Сергеева

Но нашла, как только открыла дверь ванной комнаты. На тумбе из травертина лежал бюстгальтер. Черный, с цветочной вышивкой из французского кружева.

— Я думаю, нам нужно расстаться, — прозвучал сзади голос Крапивина, и Агата вздрогнула.

Вздохнув поглубже, обернулась:

— Зачем?

— Не зачем, а почему. Потому что я не вижу смысла в наших дальнейших отношениях. Я, так скажем, его потерял.

— Не пори горячку, — возразила она и захлопнула дверь, словно ставя точку в споре. — Любить тебя, Дима, невозможно. Я не знаю, насколько надо быть самоуверенной, чтобы тебя любить. Но я тебя понимаю и знаю, к чему ты стремишься. Я тебя уважаю, ты человек редких качеств. И я с тобой всегда честна. Разве этого мало для стабильного и крепкого союза? — Дима неопределенно заулыбался, но Агата с упорством продолжала: — И я прекрасно осознаю, что все мужчины полигамны. Все. Мужчины. Полигамны. У всех случаются маленькие… недоразумения. Ты через три дня уезжаешь. У тебя дела, куча работы. Отвлечешься, подумаешь обо всем. Поскучаешь, в конце концов, по мне. Потом я к тебе приеду. И мы, может быть, поговорим.

На этих словах Крапивин громко рассмеялся.

— Дима, прекрати, — неровным движением она поправила волосы. Не могла понять его смеха, и это слегка смутило ее.

— А ты знаешь, как производят самый дорогой в мире кофе?..

2 глава

По мелодии звонка Катя узнала Ваню и сразу взяла трубку. Если брат звонил в такое раннее время, значит что-то случилось.

— Да, Ванечка. Я-вся-бодра-и-весела-слушаю-тебя-внимательно, — сказала одним словом.

— Доброе утро, сестра.

— Колись, а то я сейчас засну под твой певучий баритон, как под колыбельную, — улыбнулась, с закрытыми глазами потягиваясь на кровати.

— Я хотел, чтобы ты сегодня забросила все свои дела и побыла с Алёной. Она в аварию попала…

— Господи… — Катя резко села на постели, что-то даже хрустнуло в плече. Сон как рукой сняло.

— Все нормально. Не переживай. Обошлось. Но у нее ушиб плеча сильный, растяжение, сотрясение…

— Понятно. — Снова откинулась на подушку, запустила пальцы в волосы. — Ваня, надо срочно угробить этого дебила, который чуть не угробил нашу Алёнку.

— В обязательном порядке.

— Слава богу, что все обошлось. Я чуть не умерла от инфаркта молодой и красивой, вот умеешь ты Ваня деликатно начать разговор.

— Все, давай, отзвонишься потом. Своими ключами открой, Алёну не буди, она все равно под таблетками, пусть спит.

— Ванечка, считай я прям уже одиноко стою у твоего подъезда, звоню в домофон, и мне не открывают. Что делать?

— Точно. Я ж у тебя ключи забрал.

— Угу.

— Возьмешь у мамы.

— Угу, если она еще дома. И если я вспомню, где у мамы лежат ключи от твоей квартиры. У меня ж память девичья.

— Заедешь ко мне на работу тогда, я тебе свои дам.

— Уже еду. Ты только ферментами запасись, чтобы у тебя несварения желудка ненароком не случилось, а то я еще собираюсь тебе ужин приготовить.

— Правда?

— Представь, да?! Хочу любимого брата порадовать.

— Заеду после работы в аптеку.

Катька засмеялась и повесила трубку. Вот так дела. А, как говорится, ничего не предвещало…

Накинув короткий шелковый халат, она поплелась в ванную. Набрала номер подруги, включила «громкую связь». Ополоснула лицо водой, пока слушала длинные гудки, выдавила зубную пасту на щетку.