Книга На краю неба, страница 41 – Оксана Сергеева

— Правда с мятой? — засмеялся Дима. — Я же пошутил.

— Нельзя со мной шутить, ты разве этого еще не понял? — поддержала его смех. — Ой, лилии же в воду над поставить. — Со вздохом снова поднялась с дивана и взяла букет со столика. — Спасибо за цветы. — Пригнулась и поцеловала Диму в губы. — Очень люблю лилии, очень. Ты знаешь, да?

— Знаю. Так нельзя. Спать по четыре часа. — Принялся снимать защитную пленку с золотистой коробки с конфетами.

Катя хмыкнула и занялась цветами.

— Это по-другому нельзя, — сказала, когда снова присела рядом. — Если я хочу в январе отдыхать, а не на экзаменах париться, как все остальные. Шерочка вон экзамен сдал и на радостях обожрался.

— Достойный повод, нечего сказать. Шоколадки ешь. Чтобы мозги соображали. А то Шерочка тебе плохой пример подает. Как он, кстати? В порядке? Проспался ваш ковбой Мальборо?

— Дима, не начинай.

— Я из чистого любопытства.

— Что это за конфетки? А? Вкусные?

— Попробуй.

— А-а-а, это те мятные, которые ты мне обещал?

— Да.

— Боже, какая гадость, — скривилась она, откусив половинку конфеты. — Такой непонятный вкус. Непривычный.

— Это как первый секс, Катенька. Сначала непонятно. Потом не слезешь.

Катя рассмеялась:

— Тогда мне нужно съесть вторую. Второй раз мне было очень хорошо. Очень, очень, очень.

— Давай. Распробуй это удовольствие.

— Нет, секс вкуснее, чем эти конфеты. Мне, кстати, и первый раз все понятно было. Ты постарался как надо.

Ее слова вызвали у Крапивина загадочную улыбку.

— Просто мы подходим друг другу в этом плане.

— А что, можно не подойти?

— Конечно. Самые богатые люди — это сексологи. Проблемы в сексе есть у всех. Зато не у всех есть сексуальная совместимость. Если что-то тебя беспокоит, ты должна сказать мне об этом в первую очередь. Ни маме, ни врачу, ни подружке, сначала — мне. Поняла?

— Поняла. Сделай так, — сложила губы для поцелуя, — ну, сделай.

Вместо этого Дима улыбнулся.

— Дима! Ну, сделай губки бантиком. Хочу поцеловаться.

— Губки ей бантиком, — рассмеялся он. — Давай. — Обхватил ладонями ее лицо, притянул к себе и чмокнул. Ему тоже нравилось вот так — сначала целомудренно прижаться к чувственному рту сжатыми губами. Слегка потереться. Целовать сначала верхнюю потом нижнюю. Крепко — ровно, едва касаясь — уже волнующе. Постепенно доходя до учащенного дыхания и жгучего желания отведать большего. То отталкиваться от нее, то приникать, наконец обжигаясь о нежность языка и пробуя его на вкус.

— Точно. Ты вкуснее, чем эти конфеты, моя мятная девочка. Ты вкуснее. Я соскучился.

Глава 8

— Вероника, вы меня до приступа доведете, — сказала Катя уже спокойно, шок от новости прошел, пока она шла к парковке. — Как так получилось?

— Девушка, давайте успокоимся. Ведь все можно мирно решить, без полиции, вы посмотрите, там царапина всего. — Виновник аварии попытался положить ей руки на плечи, видимо, чтобы придать своим словам большей убежденности.

— Без рук, — одернула Катерина. — Мы все решим, вы не переживайте. Без полиции, — мрачно усмехнулась, вытаскивая телефон из сумки и решая, кому звонить: отцу или брату.

— Кому ты звонишь? — обеспокоенно спросила Вероника, съежившись под пронизывающим ветром.

— Диме, — определилась Катерина.

— Ой, — скривилась Вероника, припоминая его реакцию на случай с Никитой. — Может, лучше Денису Алексеевичу или Ване? Дима точно подумает, что мы дебилы. От нас одни неприятности.