Книга Раскалённый капкан. Ставка на выбывание, страница 115 – Оксана Сергеева

— И тебя устраивает такой расклад? — осторожно спросила Маша.

— Нет.

— И что…

— И ничего, — оборвала Эля, и Машка покорно приняла справедливый отпор подруги, не настаивая на продолжении разговора.

Личные отношения — тема всегда сложная и болезненная. Если Эля захочет, она сама расскажет. Значит, не пришло еще время для откровений.

— Сколько у тебя тут всего, Манюня, — улыбнулась Эльвира. — Лоза, шишки, ленты, бусины, чего только нет. Все пестрое, цветное, красивое, блестящее — глаза разбегаются. Ты такая умница. А у меня руки не из того места, я ничего руками не умею делать. Да и усидчивости не хватает.

Не представляю, сколько для этого нужно терпения.

— Мне нравится, я привыкла. Особенно зимой, когда времени больше, хочется что-то руками мастерить. У меня столько идей, столько всего интересного и красивого хочется сделать, а сейчас сил нет. Устаю быстро.

— Палочки для эскимо, — улыбнулась Эльвира, вынув из стаканчика деревянную палочку. — Санки будут?

— Не успела в этом году санки сделать. Возьмусь, кажется, сейчас вот все успею, все переделаю… и не успеваю! — засмеялась и вздохнула, будто от быстрого бега: — Так, вот твоя коробочка. Ромкину я возьму.

— А есть разница?

— Есть. У него рождественские венки брутальные, а у тебя — гламурные.

Эля захохотала, стянула с полки красно-золотую коробку и, откинув крышку, с восторженным любопытством заглянула внутрь.

— Ой, подожди, вот тут ленту надо укоротить, — засуетилась Машка.

— Не надо ничего, — Элька быстро закрыла свою коробку. — Мне и так все нравится.

Маша засмеялась и махнула рукой:

— Ладно. У меня всегда так, вечно что-то поправляю. Забирай, а то переделывать начну. — Взяла новогодние украшения, приготовленные для Ромы, и они с Элей вышли из мастерской.

Мужчины сидели за накрытым столом и беседовали, как видно, о чем-то важном, но при появлении Маши и Эли разговор оборвался.

— Маш, для меня могла не стараться. Не стоило. Мне это все зачем? Я дома только ночую.

— В лучшем случае, — не удержалась и поддела Эльвира, но Роман сделал вид, что не заметил этой подколки.

— Бери-бери, Рома, — шутливо ворчала Маша, — а то я сама заявлюсь к тебе в гости и всю квартиру обряжу.

— Ладно, понял. Это будет смертельный номер, поэтому я отступаю.

— С беременными нельзя спорить, ты разве не знал? — усмехнулся Виталий.

— Знал.

— Я еще на Пасху венков сделаю, только Бажину придется одним омлетом дома питаться. Или любым другим блюдом из яиц. Мне яйца для декора понадобятся. Много.

— Маня, а тебе для декора шкура какого-нибудь зверя не нужна? Может, ты в лес пойдешь, завалишь животину, так я мясо есть буду, а не омлет.

И шкурка на декор пойдет.

— Ой, как смешно, — покривлялась Мария, но рассмеялась со всеми.

Несмотря на ощутимое напряжение между Элей и Ромой, вечер прошел хорошо и спокойно. Они обошлись без сцен, благоразумно сдерживая желание сказать друг другу пару ласковых.

— Я думала, что Эля все-таки с Ромкой поедет, а она такси вызвала. — Завернувшись в большое полотенце, Мария вышла из ванной и прошла в гардеробную. — Виталя! — тут же раздался громкий крик, а затем хохот: — Это что такое! Бажин!

Посмеялись, называется, пошутили. Забыла, что с Виталькой шутки плохи. Вчера он решил к ней поприставать, а она засопротивлялась, сказав, что трусики перепутала — ошиблась цветом. Теперь в ее бельевом ящике лежали только розовые.