Книга Раскалённый капкан. Ставка на выбывание, страница 114 – Оксана Сергеева

— Постригся он.

— Бывает, — усмехнулся Мелех. — И со мной такое бывает аж два раза в месяц. Нормально постригся.

— Не нравится ей. Коротко, — снова посмеялся Виталя.

— А-а-а, — понимающе протянул Роман, — ты привыкай, теперь все будет не так. И сам ты весь будешь не такой. Не так постригся, не так побрился, не так оделся, не так ешь, не так пьешь, не так спишь. И вообще, что ты спишь, когда у нее бессонница! Вставай, скотина! — хохотнул Роман, его смех подхватила и Эльвира.

Машка кривовато хмыкнула:

— Кстати, да, меня страшно бесит, когда я среди ночи проснусь и потом заснуть не могу, а он спит. Чего ты спишь, когда у меня бессонница? — пихнула Бажина в бок.

Новая волна громкого разнотонного смеха прокатилась по гостиной и стихла где-то под высоким потолком.

— Все готово, Виталий Эдуардович. Накрывать? — спросила Надежда, тоже улыбнувшись. Не знала, в чем причина столь веселого смеха, но смеялась вся компания очень заразительно.

— Конечно, — кивнул Виталий.

Никакого особенного повода для ужина с друзьями не было. Разве что пятница и грядущие выходные, наполненные уютной предновогодней суетой.

Когда-то давно Виталий больше всех месяцев в году любил декабрь. В нем, холодном, больше тепла, чем во всех остальных. Зимой хочется его особенно острее, тепла, да так оно и чувствуется: только порог своего дома переступаешь, обдает привычными родными запахами.

Потом ощущение праздника на много лет потерялось. И не потому, что вырос, зачерствел, — тепло пропало, как выветрилось. И только с Машкой появилось снова. Каждый раз вспыхивало от одного на нее взгляда, от одного к ней прикосновения. От ее улыбки, касания рук, звука родного мягкого голоса. Потому что любила она его. Тихо, просто, кротко, без громогласных возвышенных заявлений и демонстративных жестов.

— Я вам тоже посылочки приготовила, — оживилась Мария, уже забыв о причине своих горьких слез.

— Вам — это кому? — намеренно переспросила Эльвира.

— Тебе и Роме.

— Вот так и говори, — угрюмо поправила подруга.

— Помоги из мастерской принести, они не тяжелые, просто объемные.

— Если посылка, то шли почтой, — посмеялся Рома.

— С твоей непременно так и сделаю, — пошутила в ответ Маша.

Эльвиру, конечно, не за помощью позвала, сама бы прекрасно справилась. Нашла причину, чтобы ненадолго уединиться с подругой и немного посекретничать. Сквозь пыл своего недовольства, заметила, что Эльвира и Роман снова враждебно друг к другу настроены. То, что между ними ощущался холодок, — слабо сказано.

— Вы в очередной раз расстались? — спросила Машка, стараясь сделать это как можно непринужденнее.

— Маш, мы не можем расстаться, мы и так не вместе.

— Зато трахайтесь чаще, чем мы с Бажиным. Или секс не повод для отношений?

— Не повод, — со смешком подтвердила подруга. — Можно еще не спать, но уже быть в отношениях, потому что есть чувства, забота друг о друге, переживания всякие… да много чего, сама знаешь, что я тебе объясняю. А нас с Ромой ничего, кроме секса, не связывает.

Они с Мелехом ничем из выше перечисленного не тяготились. Между ними только похоть — желание сексуального удовлетворения как физиологической потребности. Розовыми мечтами Эля не болела, Мелеха ни в чем не обвиняла, ничего от него не ждала и не требовала. Между ними все предельно ясно, но от этого знания душе легче не становилось. Наверное, проще было бы жить в самообмане, но она не могла. Не тот возраст, не тот опыт, чтобы обманываться.