Книга Единица безумия, страница 61 – Оксана Сергеева

— Зачем? – глянула на него удивленно.

— Просто. Интересно.

— Угу, просто интересно ему, – Женька тряхнула головой и взяла стакан, собираясь снова приложиться к спиртному.

Погодин заправил ей за ухо намоченные в виски волосы.

— Андрюша, отвали! – ударила его по руке, не оценив заботливого жеста. – Ничего у нас не было интересного. Познакомились… как все. Гуляли, отдыхали… ездили в отпуск. На праздники он мне дарил подарки, я – ему… – сделала большой глоток, – а потом мои семейные проблемы стали мешать его беззаботной жизни.

— Ты, наверное, у него денег попросила?

— До этого не дошло.

— Вся беда в деньгах. Люди жадные.

— Теперь твоя очередь рассказать про бывшую. – Дольчегабана уселась поудобнее, будто предвкушая интересный рассказ.

— У меня бывших много было.

— Андрюша, ты меня понял.

— Тоже ничего интересного. Встречались, гуляли, отдыхали, на праздники дарили друг другу подарки. Но была одна проблема.

— Какая?

— Я же был доктором и не мог дарить дорогие вещи. Ей это быстро надоело.

— И вы расстались?

— Нет. Я нашел другую работу, чтобы зарабатывать больше. А когда меня чуть не посадили, она ушла. Ей тоже не нужны были такие проблемы.

Женька воззрилась на него ошеломленно, и он продолжил, чтобы она не напридумывала себе лишнего. Дольчегабана из тех, кому нужно давать точную информацию, иначе за недостатком оной она все подробности прибавит сама.

— Вот так-то. Поэтому больше не спрашивай, почему я тебе помог. Почему наступил себе на горло и пошел к папе. Потому что я точно знаю, что чувствуешь, когда попадаешь в такой переплет.

— Ты тоже кого-то убил?

— Не я. Хотя, можно сказать, я. Косвенно. В таких ситуациях всегда нужен козел отпущения. Выбрали меня. Конечно, если бы я носил фамилию Рысь, а не Погодин, такого б не случилось. Но тогда я был Погодиным, и у меня не было папы Рыся. Зато у меня были и есть хорошие друзья – Никита и Саша. Они помогли мне не сесть.

— Никита, Стас, Гена, Турбо и Дюша Метелкин – все здесь…

— Ой, дура, – заржал Андрей. – С тобой точно не жизнь, а сплошной Камеди Клаб.

— Смотри, чтобы я не стала твоей мечтой, – поддержала Женька его смех.

— Не дай бог, я лучше застрелюсь.

— А почему ты ушел из медицины, все же хорошо закончилось. Мне кажется, ты был хорошим врачом. А хороших врачей мало.

— Не знаю, – задумчиво сказал Андрей, – то ли из-за совести, то ли из-за гордости.

Сменить сферу деятельности было его осознанным решением, а когда принимаешь осознанное решение, не сомневаешься и больше не обсуждаешь другие варианты. Сейчас он ни за что не согласился бы на такую аферу, но тогда он считал работу в том наркологическом центре новой возможностью, движением вперед, а не аферой. Хотя сразу было понятно, что слишком много обещали, мало давали, но много хотели. Крутой центр на поверку оказался лохотроном, куда уставшие, измученные люди привозили своих не менее измученных зависимостью родственников, надеясь на благополучное излечение. Все лечение – это изоляция. Ни оборудования толком, ни медикаментов. Но Андрей наивно надеялся что-то изменить. Был уверен, что изменит, оттого, наверное, потом сам в себе разочаровался. Потому что не сделал того, что собирался. Не сделал того, что обещал своим пациентам. Не смог, не успел, не сумел. Причины теперь уже не важны.