Книга Узел, страница 106 – Оксана Сергеева

— Все же за свой поступок ты должен ответить. Весь вечер прописи будешь писать. За каждое матерное слово по странице.

— Ну и ладно, — храбрится мальчишка, — делов-то! Одну страницу написать!

— А за вранье одна страница азбуки. Как раз чтение подтянешь. И мульты тебе сегодня не светят.

— Да понял я, понял!

— Теперь зови сестру, будем ужинать.

Наливаю себе только чай, решая подождать Никиту, тем более до ужина я еще не дозрела. Макс ненавидит суп, но сегодня он, хитрец, съедает всю порцию и просит добавки, демонстрируя хороший аппетит. Аришка долго гоняет ложкой по тарелке, но потом принимается за еду, заплаканными глазами глядя на вазочку с конфетами. Награду за съеденную тарелку супа никто не отменял. Может, конфеты поднимут ребенку настроение. У нее сегодня своя беда. Наша малышка вдруг недосчиталась одной из своих кукол «ЛОЛ» и подалась в слезы. Еле успокоили.

— Значит ты наученный у нас. Чего тогда только про права узнал? Ты и про обязанности почитай, раз уж на то пошло. Обязанностей у нас куда больше, чем прав, если честно.

— Угу, почитаю.

— Еще Уголовный Кодекс у отца попроси, пора уже. — Смотрю, не ощетинится ли Макс на слово «отец».

— И попрошу. — Нет, не ощетинивается. Отвечает ворчливо, но не протестует. — И вообще мне надо еще раз с ним поговорить. А то, по-моему, меня в моих правах жестко щемят, — заявляет он горделиво и смотрит на сестру: — Ариша, хватит уже ныть? Было бы из-за чего! Из-за этого лупоглазого чудовища!

— Она не чудовище! — всхлипывает малая и снова начинает реветь.

— Да страшная же!

— Максим, перестань, она только успокоилась. — Усаживаюсь рядом и придвигаю к себе ее тарелку. — Ариша, не плачь, мы купим тебе новую куколку. Хорошо?

Моя детка кивает, размазывая слезы по щекам. Я помогаю ей избавиться от этой сырости, вытерев личико полотенцем.

— Давай я тебя покормлю.

Это Макс хочет поскорее вырасти, а Ариша любит побыть маленькой. Ей нравится, когда я или Никита кормим ее с ложки, а самая лучшая игра, это если папа пеленает ее, как младенца, и носит на руках. Мне такого большого младенца поднять тяжеловато.

Месть за оскорбление куколки случается этим же вечером.

Никита приходит домой, дети встречают его крепкими объятиями и поцелуями в щеку. Когда я это вижу, по сердцу растекается сладкое чувство, и внутри зарождается новая уверенность, что все получится.

— Ариша, ты ничего не потеряла? — Никита вытаскивает из кармана пальто потерянную куклу.

— Ого! Нашлась! — Девочка восторженно округляет глаза и прижимает игрушку к груди.

— Завалилась под сиденье.

— Боже, ты наш спаситель. Мы весь вечер слезы льем из-за этой куклы. Я даже пообещала купить новую.

— Купить новую все равно придется, раз пообещала. Как дела?

Макс, услышав вопрос отца, быстро исчезает в своей комнате.

— Я тебя поздравляю.

— С чем?

— Во-первых, тебя признали папкой. Во-вторых, твой сынок матерится, как сапожник.

— Прям уж как сапожник, — усмехается Никита.

Я коротко посвящаю нашего папу в подробности эпопеи с Гошей и психологом, но внезапно наш тихий разговор прерывается громким криком.

— Ты все-таки его выбросила! — с диким воплем вылетает Максим из комнаты.

— Кого?

— Моего монстра!

— Я его не трогала. — Теперь только понимаю, о чем он толкует.

Я сказала, что если Макс не наведет порядок, то я сделаю это сама, но тогда не исключено, что в мусор полетит что-то нужное. Вся комната завалена «Лего». Отличное увлечение, но мелкие детали валяются и на столе, и под столом, и даже в кровати под подушкой.