Книга Давай останемся никем, страница 125 – Элла Савицкая

Отворачиваюсь и утыкаюсь глазами в тетрадь. Учитель начинает что-то диктовать, а я не слышу. Слова воспринимать правильно не в состоянии.

Интересно, он ночевал сегодня с ней? Ему ведь я нравлюсь. Он сам говорил, при чём нравлюсь очень сильно. Тогда зачем он к ней? Или они просто общались? Как вообще поступают парни в такой ситуации? Я знаю только на примере Зака, что он никогда особо по девчонкам не страдал и менял их как носки, семь раз в неделю. Но это было раньше.

А как поступает Скайлер? Он решил меня забыть и вычеркнуть из памяти? Двигаться дальше? Или ждёт?

Снова оборачиваюсь на него, а внутри при одном взгляде всё в водоворот скручивается. Он такой красивый, особой грубой привлекательностью, взрослый, не такой как остальные наши сверстники. Закрытый, весь в себе. А руки у него какие. Знаю, что не должна, но вспоминаю, как он меня ими обнимал, и меня буквально простреливает крупной дрожью.

Спешно отворачиваюсь. Хочу ещё раз ощутить как это, когда он меня обнимает. Хочу поцелуй, не один, много — много. А ещё со страшной силой хочу, чтобы он не уезжал и был рядом. Чтобы я с ума не сходила всякий раз изводя себя вариантами того, чем он занимается. Я с ним хочу быть. По-настоящему, как с Роем, но совсем не так. Глубже, потому что Скайлер сам намного глубже любого человека, кого я только знаю.

Звенит звонок, отрывая меня от размышлений, а я даже не заметила, как прошёл целый урок. Вздрагиваю и рассматриваю красиво выведенные буквы на отдельном листке бумаги. Жирные, одинаковые, аккуратно написанные и украшенные вензелями.

СКАЙЛЕР — вывело моё подсознание прямо в моей же тетради.

Откладываю ручку и пялюсь на них несколько секунд. Вот же оно. Ответ на все мои вопросы. Я не хочу больше писать его имя. Я хочу его произносить.

— А что это у нас? — змеиный голос Сибиллы раздается совсем неожиданно.

Я резко вскидываю голову как раз, когда одноклассница хватает мою тетрадь. Много ума не нужно, чтобы сложить два плюс два. Даже её чайной ложки серого вещества хватает оценить всё правильно.

Глупо подскакивать и вырывать тетрадь, поэтому я просто сижу и наблюдаю за тем, как она, догадавшись обо всём, обводит меня насмешливым взглядом, потом переводит его на Скайлера и снова на надпись.

Яростно сжимаю зубы, потому что понимаю, что так просто мне это не сойдёт. Не тот персонаж Аллен, чтобы просто отпустить ситуацию. И она, естественно, не отпускает.

Наклоняется над моей партой, выставив задницу на обозрение остальным, и улыбается, как ядовитая гадюка. Если бы те могли улыбаться, думаю, это выглядело бы именно так.

— А ты та ещё штучка, Харт. В тихом омуте черти водятся?

Шипит она с удовлетворением.

Тара рядом напрягается. Она всё это время была занята конспектом, поэтому только сейчас обращает внимание на происходящее.

— Дай сюда. Это моя тетрадь, — требую, понизив голос.

— Да-да, конечно, отдам, — обещает, сверкая глазами, чирлидерша, — только вот, знаешь, я тут подумала, почему бы тебе не сделать мне одолжение?

Вот оно что. Решила выгодно использовать ситуацию. Интересно, что потребует? Мне ведь и дать ей особо нечего.

По вспышкам в глазах понимаю, что это одолжение мне все же очень не понравится.

— Какое?

— Хочешь, чтобы я забыла о том, что ты грязная извращенка, пригласи меня к себе домой.