Книга Его другая, страница 79 – Элла Савицкая

— Если бы ты ела! Хоть гуляшом сегодня поужинала, который сама приготовила?

Он перехватывает мою руку левой, а вторую забрасывает мне на плечо. Прижимает к себе, а я ликую.

— Да. Мне Мариам отсыпала половину в ланчбокс. Я не хотела брать, потому что мясо-то ваше, но она не спрашивала. Твоя сестра иногда, несмотря на внешнюю хрупкость, может быть очень настойчива.

Смех Давида шевелит волоски на моём теле.

— Я тебе хотела приготовить, — признаюсь и чувствую, как стремительно краснею.

Ещё недавно я спорила с его матерью о том, что готовить — это не самое главное, что должна уметь девушка, а сегодня сама попросила Мариам научить меня. Но на самом деле я сделала это не для того, чтобы под кого-то подстроиться. Просто после окончания школы, я планирую жить в общежитии, а там нужно уметь готовить, чтобы не умереть с голода.

Ну а гуляш выбрала… ох, ну не врать же себе самой. Потому что хотела показать Давиду, что я могу быть не хуже НЕЁ…

— Я догадался, — с несвойственной ему нежностью произносит он.

Не знаю сколько мы гуляем. Кажется, что совсем мало, но при этом успевает пройти часа два. Если бы не звонок мамы с требованием возвращаться домой, я думаю, мы прогуляли бы целую ночь.

Когда я захожу в подъезд, губы мои болят от количества поцелуев. Немного припухли и слишком чувствительны. Я трогаю их, пока еду в лифте, а в отражении зеркала, занимающего всю стену вижу себя такой, какой не видела ещё никогда.

— Ты почему загулялась так, Оль?

Я уже и позабыть успела о том, что родители могут следить за тем, во сколько приходят их дети. Мама в последнее время часто либо сама приходит поздно, либо не приходит вообще, ссылаясь на то, что ночует у бабушки. Хотя она и правда часто забирает Алиску и увозит туда.

— Была с друзьями. Привет, мам, — целую её в щеку, стараясь не раздуть пламя негодования.

Я сегодня слишком счастлива, чтобы позволить хотя бы чему-то омрачить моё настроение.

— Привет. Давай ты будешь раньше возвращаться с таких вот прогулок, ладно?

Говорит, когда я вхожу в ванну.

— Хорошо. Как твои дела?

— Да также, как они у меня могут быть? Оболтусов правда, придушить хочется, в школе, но это уже привычно, — улыбается, а я замечаю, что улыбка у неё настоящая.

Не вымученная, как была в последний год, а искренняя. И глаза светятся ярче, чем прежде. Подумать о причинах такой перемены не даёт возглас отца с кухни.

— Марина, что у нас закусить есть к пиву?

Начинается…

Мама закатывает глаза и уходит к нему.

— А может без пива сегодня?

— Ой ладно, что там, пол литра всего. О, мясо, когда успела приготовить?

Пока вытираю руки, слышу, как работает микроволновка.

— Это не я, я сегодня рагу делала. Откуда у нас мясо?

— Это я приготовила, — приостанавливаюсь в коридоре, ловя на себе две пары ошалелых глаз.

— Ты? — скептически переспрашивает папа, доставая из микроволновки ланчбокс, — Что ты врёшь-то?

— Я не вру. Меня Мариам научила, — вижу, как он несколько секунд раздумывает прежде, чем все же нанизать кусочек мяса на вилку и отправить в рот, — вкусно?

Изумление скрыть у папы не получается. Он жуёт активнее и поглядывает на маму.

— Вкусно! Ничего себе! Не ожидал прямо!

Хочется сказать, что я могла бы научиться этому ещё давно, но держу язык за зубами.

Улыбаюсь маме, которая смотрит на меня не мигая, и ухожу в комнату.