Книга Запретная. Моя, страница 135 – Элла Савицкая

И я скучала. Так неистово, адски скучала.

Но произношу я эти признания только в мыслях.

Руслан не требует их в ответ. Он вообще ничего не требует. Просто продолжает смотреть на меня, как будто ему это очень нужно. Ведет пальцем по щеке, очерчивает губы. Моя кожа искрится под его прикосновениями, нагревается.

— Такая красивая, – откровенный негромкий шепот оседает мурашками на моих голых плечах, – самая красивая девочка.

Господи, ну зачем он это делает?

Ребра начинают болеть от того, с какой силой в него ударяется взбесившееся сердце.

Я слегка давлю Руслану на грудь, давая понять, что больше не могу вот так лежать, пока он снимает мою бронь слой за слоем.

И он тут же подчиняется.

Встает с меня и отправляется в душ.

А я пытаюсь успокоить собственное тело, внутри которого включился радар на полную катушку и воет громкой сиреной. Требует вернуть Руслана обратно. Согреть меня. Еще раз поцеловать.

На то, чтобы успокоить его у меня уходят минуты.

Потому что рано вот так обнажаться. Нельзя.

Когда Руслан возвращается, я уже снова та самая Даша, которой стала за последние несколько месяцев. Закрытая и сдержанная.

Я успела сходить в туалет и одеться, вернув себе броню, с которой гораздо безопаснее жить.

Вероятно, прочитав всё это на моём лице, Руслан молча садится рядом на диван.

На нём из одежды лишь трусы. Футболка и грязные джинсы валяются на полу, напоминая о нашей близости, как немое доказательство того, что всё это было на самом деле, а не показалось мне.

Я сцепляю пальцы на коленях так крепко, что костяшки белеют. Горло пересыхает, говорить трудно, но я всё же заставляю себя:

— Это не значит, что я простила тебя и готова снова к тому, что было между нами.

— Я знаю, Даш.

Его спокойствие выбивает почву из—под ног. Слов много, они носятся в голове вихрем, но стоит открыть рот – и все разбегаются, оставляя меня безоружной. А ведь правда в том, что я всё ещё люблю его. Люблю так же сильно, как и раньше. Может, даже сильнее. Просто не знаю, как теперь довериться, как снова раскрыться перед ним, не боясь, что сердце раздавят.

— Не против, если я скажу? – поворачивает ко мне голову Руслан.

— Говори.

— Я знаю, что все сложилось не так, как ты ждала. И я бы сам хотел, чтобы мы с тобой встретились при других обстоятельствах и с другими исходными данными. Но есть как есть. Жизнь у нас одна. И эту жизнь я хотел бы провести с тобой. – Замолкает, подбирая слова, – Не обещаю, что сразу будет просто. Моё финансовое состояние сейчас не позволяет дать тебе всё, что необходимо для беззаботной жизни. Но я сделаю всё, чтобы это исправить.

В груди все обрывается. Словно невидимая стена, которую я так старательно возводила между нами, трескается от этих слов. Сердце гулко бьется, отдаваясь в висках, и в горле скапливается комок, мешающий дышать.

Я хочу верить ему. Господи, как я сильно хочу просто ему поверить.

— Ты можешь не отвечать сейчас. – говорит Руслан, вероятно прекрасно понимая мое внутреннее состояние, – Просто позволь мне быть рядом.

Он поднимает на меня вопросительный взгляд, и я киваю.

— Будь…

— Только давай договоримся. – продолжает твердо Руслан, – Работать ты не будешь, Даш. Сейчас тебе нужно думать не о деньгах, а о своем здоровье.

И я понимаю, что это правильно. После двух дней, которые закончились полным крахом признаю, что идея изначально была ужасной. Мне просто хотелось показать, что я смогу без его помощи. Без чьей—либо помощи. Топнуть ногой и доказать.