Книга Память мёртвых на Весах Истины, страница 114 – Анна Сешт

* * *

Шепсет

Шепсет не понимала, зачем понадобилась эта встреча. Ну а Нетакерти ничего не стала объяснять, сказала только: «Сейчас сама всё увидишь».

Пройдя по коридору к комнатам жрецов, наставница постучала в одну из них.

— Входите-входите, – отозвались оттуда.

Нетакерти лишь мягко подтолкнула Шепсет, и вошла девушка уже одна, в сопровождении только верной Хека.

Комнатка была небольшая и уютная, с ложем из мягких циновок, застеленных чистым льном, и большим плетёным сундуком для вещей, алебастровой чашей для омовений и небольшим алтарным столиком, в ящичках которого можно было хранить снадобья или косметику. Шепсет когда-то и сама жила в такой.

Тёплый свет масляного светильника разгонял вечерние тени, и становилось особенно уютно. Окно выходило в храмовую рощу, и лёгкий ветерок играл с тонкой занавесью.

В ноздри ударил запах целебных бальзамов. Хозяйка комнаты сидела в центре и возилась с какими-то маленькими сосудами и мешочками.

Шепсет подумала, что глаза подводят её. Или это была жестокая шутка Богов?

Слёзы хлынули, когда целительница увидела гостью и, выронив свои снадобья, устремилась к ней, заключая в объятия.

— Мама, – всхлипнула жрица, уткнувшись в плечо Анат. – Мамочка…

Анат беспорядочно целовала дочери лоб, щёки, гладила по волосам, то обнимала, то отстраняла, чтобы рассмотреть получше. Они плакали и смеялись, обмениваясь бессвязными словами нежности, благодаря Богов за эту невозможную встречу.

А потом целительница заглянула в глаза дочери и тихо, серьёзно сказала, утирая слёзы:

— Я никогда – слышишь? – никогда не верила в то, что мне сказали о тебе. А потом ходила к оракулу Джосеркара, и он тоже говорил о твоей невиновности. Мне было всё равно, что говорят другие. Я знала тебя и твоё сердце. Милостивая Яхмес-Нефертари всё же вернула тебя мне…

О многом, очень о многом Шепсет так и не смогла рассказать матери, хотя та расспрашивала обо всём. Она солгала, что чудом выжила, рассказала, как Нахт спас её и привёл в свой гарнизон.

Шепсет лежала на коленях у матери, и Анат ласково расчёсывала и переплетала ей волосы. Потом пришёл черёд целительницы рассказывать.

Сенедж в самом деле посещал Сет-Маат и расспрашивал о Шепсет. Приходили и другие. Но потом за Анат и Хенет пришли меджаи из гарнизона Усерхата. Анат понимала, что её могут использовать против дочери, и отправилась с ними. В гарнизоне она пробыла недолго, как гостья Усерхата и его замечательной супруги Садех. Потом ей помогли перебраться в Уасет, где Анат и приняла Мутнофрет. Усерхат хотел, чтобы его супруга тоже осталась при храме Амона, переждать бурю, но та наотрез отказалась.

Что до сестры Шепсет, Хенет, – та и не подумала покидать Сет-Маат, заявив, что городу мастеров нужна хотя бы одна целительница, и неважно, во что там впуталась их младшенькая. Но она клятвенно пообещала матери, что будет скрываться в гробницах Долины Царей, пока буря не минует.

Шепсет не нашла в себе сил сообщить матери, что гарнизона Усерхата больше нет. И что отправили Анат в столицу, скорее всего, из опасений, что сами уже не сумеют защитить.

— Я вернусь, когда всё закончится, – сказала целительница. – И ожидаю, что ты вернёшься со мной, девочка моя.

Когда всё закончится… Шепсет не знала, чем всё закончится лично для неё, но догадывалась. Посмотрев на притихшую Хека, лежавшую неподалёку, она вздохнула.