Книга Выбор богов. Книга 3, страница 104 – Анна Сешт

Самка со вздохом поднялась, подошла к ним и села рядом с Хэфером, положив ему на плечо тяжёлую морду. Царевич не отшатнулся – протянул руку, погладил её, потом подал ей кусок мяса. То исчезло в пасти чудовища в доли мгновения, и самка облизнулась с довольным урчанием.

Перкау помнил, как когда-то Хэфера принимала храмовая стая. А теперь и эти звери признали его – пустынные хищники, чувствовавшие волю Владыки огня и песков, жившую в нём. Насколько он на самом деле изменился?.. Об этом Перкау пока мог только гадать.

— У нас с тобой будет достаточно времени всё обсудить, – Хэфер ободряюще улыбнулся жрецу, совсем по-старому. – Но сейчас, будь добр, отведи меня к источникам. Я уже чувствую, как пыль и песок приросли ко мне непробиваемым доспехом.

По обоюдному безмолвному согласию они не обсуждали ничего серьёзного во время омовения. Перкау украдкой наблюдал за царевичем – тот окунулся в горячие источники с такой искренней радостью, и вместе с тем словно пытался смыть с себя что-то гораздо более серьёзное, чем дорожная пыль. Бальзамировщик не мог не обратить внимания и на обережный браслет на запястье Хэфера, сплетённый из светлых волос, но пока придержал вопросы о Тэре, дал другу краткие минуты отдыха. Слишком уж многое успело произойти – с ними обоими.

Потом пришло время для печального и неотложного. Перкау отлучился ненадолго – взять из своей комнаты амулеты, которые были при нём, когда Колдун забрал его из поместья Великого Управителя. Пектораль жреца Ануи он не надевал с тех самых пор… Он отнёс женщине еды и воды и вернулся к Хэферу. Где в храме проводить ритуал Божества, считавшегося враждебным хозяину храма, Перкау не представлял, и решил провести там же, в прохладных нижних помещениях с необработанными каменными стенами, куда сходились коридоры, и где Колдун и Хэфер оставили тело. Он справедливо рассудил, что раз уж два Бога могут уживаться в одной душе – в его собственной – то сумеют ужиться и здесь.

Когда Перкау совершил воззвание к Ануи, успев уже истосковаться по энергиям своего божественного покровителя – Страж Порога откликнулся быстро, но и Сатех, конечно же, никуда не отступал. Ощущение было странным, но по-своему приятным – сочетание двух противоречивых Сил, слившихся воедино через призму его сердца и разума. Жар Первородного Огня и извечные тени некрополей.

Хэфер, разумеется, почувствовал это, посмотрел на Перкау с одобрением, но присоединяться к воззванию по понятным причинам не стал. Он не был посвящённым Ануи, и к тому же слишком много в нём было теперь иной Силы – непостижимой, непредсказуемой. Но во всём остальном он помогал бальзамировщику – и омыть тело, и переложить на укрытые чистым льном камни, и принести необходимое.

Откуда у Колдуна в кладовых среди ритуальных благовоний нашлись бальзамирующие составы и натрон, Перкау не знал и, если честно, не хотел узнавать. С инструментами пришлось проявить смекалку и приспособить под свои нужды то, что имелось – всё-таки здесь была не мастерская для мумификации. Благо хоть нашёлся обсидиановый нож, рассекавший плоть, как известно, куда лучше металла. Перкау спешил укрепить тело, удержать от дальнейшего разложения, прежде чем ритуально очистил свои скудные инструменты и освятил энергиями Ануи.