Книга Выбор богов. Книга 1, страница 166 – Анна Сешт

Амахисат говорила бесстрастно, стоя к нему спиной, но Хатепер знал – она отчаянно ждала подтверждения. А что он мог сказать ей? Что наследник уже был назначен? Точнее, наследница. Если царица узнает, что место Ренэфа было отдано Анирет… Хатепер не хотел даже представлять. Анирет и без того страдала от нелюбви своей матери. Ненависть не нужна была никому из них.

А как быть, если вернётся Хэфер?.. Это Секенэф тоже предусмотрел. Назначение Хатепера должно было приглушить раздор, пусть мера и была временной.

— Ради этого спокойствия я и совершил шаг, от которого отказывался все эти годы.

— А что ты скажешь Ренэфу, когда он вернётся? – она обернулась.

Хатепер поднялся, спокойно встречая её взгляд.

— Я скажу то, что ему нужно. То, что ни ты, ни Секенэф не найдёте в себе сил сказать. Скажу, что его ждут и принимают здесь, что бы он ни совершил.

С этими словами он с почтением поклонился царице и направился к выходу. Амахисат не останавливала его.

Переступая порог, Хатепер думал о том, сумеет ли сказать почти то же и Хэферу. Сумеет ли принять то, чем царевич стал?.. А возможно, он никогда не узнает. Ведь Секенэф мог положить конец неестественному существованию мёртвого на Берегу Живых. Из всех живущих он единственный имел на это право – отец, потерявший сына и так долго его искавший.

* * *

Хэфер вынырнул из мучительных обрывочных сновидений, когда кто-то потряс его за плечо.

— Господин мой, просыпайся. Просыпайся скорее!

— Что случилось?..

Первым делом он посмотрел на Тэру рядом, привычно прислушался к её дыханию. Хвала Богам, жрица всё ещё дышала, пусть и едва слышно.

Царевич медленно сел, потирая лицо, прогоняя липкие остатки сна.

Сехир казался странно, непривычно возбуждённым, да и будить его просто так вряд ли бы стал. Псы пришли в движение – кто лежал под боком у Тэры, подняли морды, навострив уши, кто ближе к двери – взволнованно переступали с лапы на лапу.

На пороге, скрестив руки на груди, стояла Берниба. Она старалась сохранять свою привычную невозмутимость, но её взгляд выдавал странную обречённость и… что-то ещё. Не знай Хэфер её лучше, подумал бы, что Верховная Жрица общины испытывает настоящий, тщательно скрываемый ужас. А что могло вогнать Ануират в ужас, он знать не хотел.

Встретив взгляд царевича, женщина глухо возвестила:

— Стражи границ, наши следопыты, говорят, что в город идёт Владыка Обеих Земель.

— Что? – Хэфер был уверен, что ослышался.

— Император Эмхет, да будет он вечно жив, здоров и благополучен. Твой отец, господин, – с готовностью пояснил Сехир.

— Он идёт из Кассара, и Восемь Живых Клинков сопровождают его, – продолжала Берниба. – Он странствует с… неофициальным визитом. Почётный отряд уже направлен ему навстречу. Я подумала, ты захочешь знать, господин мой Хэфер Эмхет.

— Но это невозможно, – возразил Хэфер, поднимаясь. – Ни ты, ни другие старейшины ведь не направляли гонцов.

— Нет, – безучастно подтвердила Верховная Жрица.

Мысли Хэфера понеслись быстрее имперских колесниц. Если доложить было некому, то как он узнал? Взор Ваэссира? Нет, если бы отец мог найти его взором Ваэссира, то сделал бы это ещё много месяцев назад. А как тогда?.. Этого он не знал. Радость, вспыхнувшая было в нём, смешалась со страхом, в котором он жил все эти дни. Хэфер давно уже подготовил все необходимые слова, которые собирался сказать отцу о спасшей его общине бальзамировщиков и об одной конкретной жрице, само существование которой нарушало законы. Он подготовил и объяснения о своём исцелении, и о ритуале в песках, и об Ануират, и о том послании, которое так и не достигло Апет-Сут. Но сейчас даже все прежде продуманные доклады рассыпались, и только одна мысль царила над всем: отец мог провести ритуал крови.