Книга Выбор богов. Книга 1, страница 146 – Анна Сешт

— Ты не помнишь, как очнулся перед этим?

Смутно он вспомнил лицо Великого Управителя, взгляд золотых глаз, пронзавших саму его суть. И пламя, полыхнувшее вдруг перед ним, придавшее сил как когда-то… Ужас накатил на него при мысли, что в полузабытьи он мог выдать то, что всеми силами желал скрыть. Перкау успокоил себя. Нет, выдать он не мог. Всю свою волю он направил не на то, чтобы сохранить гордость, а на то, чтобы защитить Хэфера. Боль не могла разрушить его настолько, чтобы кто-то смог подобраться к самому сокровенному. Он умрёт раньше, чем расскажет, – такова была цель…

— Не помню, – ответил Перкау чуть слышно. – Мне снился мой храм…

В глазах жрицы отразилось что-то вроде сочувствия, понимания. Но, возможно, он просто выдал желаемое за действительное, наложив образ из сна на неё…

— Господин Великий Управитель даровал тебе отдых. Прошу, подумай пока, как можешь помочь ему, – мягко сказала Таэху.

— Я уже рассказал ему всё, что имеет значение, – ответил бальзамировщик, закрывая глаза.

Помочь ему… Хатепер Эмхет и без того являл собой силу, способную сокрушить Хэфера. Но Великий Управитель хотя бы пока знал не всё и не был до конца готов ко встрече с царевичем.

Про себя Перкау снова повторил молитву о том, чтобы выстоять. Но на этот раз он обращался не только к Ануи, Стражу Порога.

* * *

Воздух, напоённый ароматами цветов, звенел голосами птиц и насекомых, шептался с ветвями плодовых деревьев, обильно даривших тень. Лучи заходящего солнца пробивались сквозь листву и ложились на землю причудливым узором, играя в ажурной тени на мощённых светлыми плитками дорожках.

Стол накрыли в беседке, в той части сада, куда выходили двери покоев Верховного Жреца. Молчаливые послушники поднесли свежеиспечённого хлеба и фруктов, наполнили чаши прохладным сладковатым вином, золотистым, точно мёд, и удалились.

Джети улыбнулся и поднял кубок:

— За тебя, старший царевич, и за то, чему уже давно пора было свершиться. Я бесконечно рад, мой друг.

— Благодарю.

Хатепер сделал глоток. Вино освежало, как родниковая вода, радовало оттенками вкуса, напоминало о щедром урожае. Поистине в распоряжении Таэху были не только одни из лучших виноградников Империи, но и все рецепты древности. Однако горечь от минувших событий примешивалась сейчас ко вкусу вина, как замутняла она все те редкие моменты радости, которые случались в последние месяцы. А перед внутренним взором старшего царевича представал зал в столичном храме Стража Порога и изувеченный пленник. Хатепер отчётливо помнил глаза, из тёмных ставшие сердоликовыми, подсвеченные изнутри тлеющим безумием.

— Я был бы рад, если бы сюда меня привело только желание отпраздновать с тобой моё неофициальное назначение, – вздохнул дипломат.

— Это я понимаю, – Джети отставил кубок, преломил хлеб и предложил часть гостю, как в старинном ритуале. – Для празднований у Великого Управителя времени подчас меньше, чем у самого Владыки, да будет он вечно жив, здоров и благополучен. Передай ему мои благодарности за дары для Обители.

— Безусловно, – кивнул Хатепер, принимая хлеб из рук Верховного Жреца.

Широкий браслет на его запястье чуть сместился, и взгляд Таэху упал на ожог.

— Сатехово Пламя, – произнёс он чуть удивлённо, не спрашивая – узнавая привкус энергий. – Где тебя нашло Сатехово Пламя, Хатепер?