Книга Буря на горизонте, страница 136 – Анна Сешт

Ветерок приятно холодил его покрывшуюся испариной кожу. Взгляд бывшего стража скользил по знакомым очертаниям светлых стен Обители и храма Владычицы Таинств, к которому примыкало отведённое ему жилище. Это зрелище успокаивало. Он был в плену, но и под защитой. Древняя матерь демонов и рэмеи обитала здесь. Несправедливость не могла свершиться под Её всепроникающим взором.

Но разве возмездие, уготованное ему, было несправедливым? Павах сглотнул и посмотрел на свои руки, не в силах унять дрожь в пальцах. Что означал сон? За всё это время Хэфер ни разу не снился ему так явственно – только в смутных кошмарах, иногда терзавших его разум. Почему же теперь наследник Ваэссира приснился ему, да ещё и в виде жреца Владыки Первородного Огня? Павах хотел обсудить это с кем-нибудь, да только поговорить было не с кем. Здесь, в Обители, никто не разговаривал с ним сверх необходимого. О его здоровье заботились, как и обещал Верховный Жрец. Искусные целители, Таэху очищали его тело от яда, залечивали невидимые ожоги странной, невозможной магии, восстанавливали силу его плоти, насколько было возможно, чтобы не повредить связь между ним и заблудшей душой наследника трона. Ему не отказывали в еде и в простых нуждах, не запрещали передвигаться по Обители. Но при этом он пребывал в своего рода изолированности – отверженный, неприкасаемый. Жрецы, послушники и даже паломники избегали смотреть на него, точно его и не существовало. Павах был полностью предоставлен своим мыслям и своей совести. И единственный взгляд везде неотступно наблюдал за ним – взор древних очей Аусетаар. Этот взгляд раз за разом переворачивал его разум и саму душу, обращался к его страхам и к его чувству долга. Но сейчас Павах был только рад и благодарен древней Богине за Её Силу и защиту.

Раздался деликатный, но настойчивый стук в дверь. Даже этот простой звук заставил воина подскочить от неожиданности. Должно быть, его крик разбудил кого-то и встревожил настолько, чтобы пренебречь традиционным «необщением» с бывшим телохранителем.

Быстро обернув бёдра схенти, Павах поспешил к двери. На пороге стоял Сэбни, его неизменный целитель, живший в этом же крыле неподалёку. За спиной жреца в коридоре страж увидел ещё чьи-то фигуры, но кто бы то ни были, они уже расходились.

Наверное, ещё никогда Павах не был так рад видеть кого-то из Таэху, хотя лицо целителя выражало лишь вежливое участие и ничего больше.

— Что произошло? – спросил Сэбни, проходя в комнату. – Позволь, я осмотрю тебя.

— Я в порядке, – заверил его Павах, радуясь возможности перемолвиться с кем-то словом.

По крайней мере, в ходе осмотров и лечения с ним хоть о чём-то говорили.

Сэбни прищурился, и его холодные синие глаза подёрнулись дымкой, как всегда, когда он всматривался вглубь своим взором целителя. Он приблизился к воину и коснулся его висков своими сухими пальцами, потом нащупал пульс, внимательно осмотрел тело.

— Физическое твоё состояние не ухудшилось, – вынес наконец вердикт целитель. – Что же до остального, мне могло показаться.

— Что? – переспросил Павах, не очень надеясь услышать ответ.

— Доброй ночи, – только и ответил, вполне ожидаемо, Сэбни и направился к двери.

— Постой! – окликнул его страж. Разговор был ему необходим, чтобы не сойти с ума от непонимания. Павах просто не мог остаться один – это было выше его сил сейчас. – Он приходил в мои сны.