Книга Белый маг, страница 79 – Дейлор Смит, Николай Иванников

Эти раны его нисколько не волновали.

И тут я увидел, как скользнул мимо меня светящийся силуэт Тихомира. В ночи за ним оставался длинный голубой шлейф, состоящий из сотен таких же силуэтов, только замерших в одной единственной позе. Тихомир беззвучно проплыл вовкулаку за спину, остановился на короткое мгновение, словно собираясь с духом, а затем, сделав решительный шаг вперед, вошел прямо в тело оборотня.

Тот в недоумении замер. Шерсть его вдруг встала дыбом, на ней заиграли голубые искры и посыпались вниз густыми гроздьями. Пасть приоткрылась, из нее устремились по сторонам тугие струи голубого пара.

А потом на широченной груди чудища, в самой ее середине, прочертилась тоненькая голубая полоска. Она светилась холодным светом и исходила искрящимся паром. Затем она стала шире, толще, запузырилась и неожиданно расступилась, выпустив из груди зверя наружу огненный меч Тихомира.

Клинок высунулся почти наполовину, заставив вовкулака задрожать, затем замер и медленно пополз вниз, прочерчивая на плоти оборотня голубую искрящуюся рану.

Зверь взвыл. Я ему был больше не интересен. Он рванулся в сторону, упал на четвереньки и затряс всем телом, как трясется пес, выбравшийся из воды. В лицо мне полетели вонючие брызги пополам с древесной трухой и голубыми искрами. Тихомир выпал из тела вовкулака, ударился спиной о дерево и медленно ополз на землю.

Я тяжело поднялся на ноги и замер, покачиваясь. А вовкулак, продолжая завывать, совершил гигантский прыжок с земли прямо на крону дерева, но долго там не задержался. Ветки обломились, и зверь с грохотом упал на землю. Подскочивший к нему воевода широко размахнулся, намереваясь снести ему мечом голову, но был отброшен ударом могучей лапы. Когти звякнули по кольцам кольчуги и, кажется, даже порвали их.

Чудовище одним прыжком перескочило через ограду и припустило вдоль по улице, не прерывая ужасного завывания. За ним рассыпались по дороге голубые искры.

— Ушел, тварь страхолюдная! — сплюнув в сердцах, сказал подошедший к ограде Добруня Васильевич. — Упустили нелюда…

Он тяжело дышал и покачивал мечом, показывая свое недовольство подобным исходом драки. Кольчуга на груди у него была подрана, шлем отсутствовал вовсе, а через лоб и весь нос протянулась длинная царапина с выступившими на ней капельками крови.

— Ты ж смотри, как аккуратно тебя вовкулак зацепил, — заметил я, осмотрев его. — Мог бы и череп надвое развалить, а так только кожицу оцарапал.

Воевода пальцами потрогал царапину на лбу и помотал головой.

— Не, это не вовкулаково дело, — заявил он. — Это меня твоя Настасья отметила, когда вовкулак ее в меня бросил. Ох, и костлявая сестрица у тебя, Лексей! Ты бы ее кормил побольше, что ли⁈ Не ровен час помрет…

— Да не помру я! Не дождетесь!

Слегка прихрамывая, к нам подошла Настя. Беляк с Кушаком копошились посреди двора, поднимая с земли разбросанное оружие. Тихомир тоже подошел к ограде и проводил взглядом улепетывающего вовкулака. Когда же тот вовсе пропал из вида, то сунул меч в призрачные ножны и погрозил в темную даль кулаком.

— Не понравился ему клинок мой, — сказал Тихомир. — Призраку тяжело кого-то убить насмерть, но он еще способен доставить неприятности всякой нечисти.

— Он еще вернется? — спросила Настя.