Онлайн книга «Белый маг»
|
— Да помолчи ты! — шикнула она на него. — Дай брату старшему высказаться! Игнат всю правду расскажет, потому как у него у самого тогда бычка утянули. — Так вот, княже, — продолжил старший Игнат, — на вече пообещали тайному разбойнику, что ничего ему не будет, если он покается, мясо вернет и с воровством покончит. Но не тут-то было! Как Малюта уже сказал, никто не признался, и каяться не собирался, а той же ночью сразу из трех амбаров двух коров увели и одну козочку. А на всех воротах следы огромных когтей виднелись, поболее медвежьих будут. Игнат растопырил пальцы на обеих руках и показал их мне: вот такого размера, мол, когти были. Я понимающе покивал. — Знатный медведь, матерый. — Вот только отродясь медведь в Соломянку не захаживал, — продолжил Игнат. — Тех, что поблизости водились, мужики уже давно перебили, а остальной зверь боялся в Соломянку идти. Да и наследил бы медведь сильно. Ограды переломал бы, следы оставил, нашумел… А здесь же все в полной тишине происходило, и без единого следа. А накануне дождь прошел, так перед амбарами грязь сырая была, и там только следы копыт остались. Зато на деревьях за околицей все ветви кишками были увешаны. А под старой березой, что на тропинке к пруду, две коровьи головы лежали и одна козлиная. Вот и ясно тогда нам всем стало, что никакой это не медведь шалит, а самый настоящий вовкулак, который по ночам огромным волком оборачивается, а днем в могиле на кладбище покоится… — Жуть какая! — сказала Настя, брезгливо морща нос. — Оборотень, что ли? Игнат, кривясь, пожал плечами. — Может и оборотень, кто ж его знает? А мы в Соломянке таких вовкулаками кличем. Правда, давненько их в наших места не видывали. И тут снова не выдержал Малюта, вставил свое слово: — Старики говорят, лет сто назад последнего осиновым колом прямо в могиле угомонили. Могилу раскапывать принялись, а там земля свежая совсем, как будто только вчерась закопали. Крышку гроба сорвали, а покойник там совсем свеженький лежит, только все пальцы изодраны и в грязи, а губы в крови перепачканы. А кровь та была совсем свежей. Тогда ему осиновый кол прямо в грудь молотом вбили. Да потолще — чтобы он сорваться с него не смог. Гроб снова заколотили, могилу засыпали и камнями завалили, чтобы вовкулак сызнова выбраться на свет белый не смог. — Обычный вампир, — с пониманием покивала Настя. — А вы говорите, что это вовкулак какой-то. — Ну, может для вас, боярышня, это дело и обычное, — развел руками Игнат. — А у нас давненько такого не бывало. Отправили мы своего человека к воеводе в Лисий Нос, чтобы он рассказал тому о проблемах наших. Воевода очень заинтересовался и решил самолично прибыть в Соломянку с расследованием. Слава богу, что от Лисьего Носа до Соломянки рукой подать. И приехал он в шестицу точнехонько в полдень. Мы в тот день дочку кузнеца Сваржича хоронили, Марьицу, поскольку померла она от болезни долгой. Иссохла вся, потому как долго ничего не ели и не пила. Ее даже насильно соком ягодным поить пытались, но из нее все сразу назад и выливалось. Вот и померла. Правда, воевода на похороны не попал, он позже из города заявился. — Да как же это не попал⁈ — перебила его жена Малюты возмущенным голосом. — Я же лично его возле кладбища и повстречала! Он меня подробно обо всем расспрашивал: когда в последний раз вовкулак шалил, много ли скотины в веси, в какие из дворов уже совершались налеты, а какие пока бог уберег… |