Книга Белый маг, страница 113 – Дейлор Смит, Николай Иванников

Не находя причины и дальше скрываться, мы с Кушаком вышли из-за еловой лапы и остановились на обочине. Кушак потрясал зажатым в обеих руках оружием, готовый в любой момент кинуться в схватку. И только тот факт, что сражаться с призраками — затея не самая разумная, удерживал его на месте.

Я же просто с интересом рассматривал этих необычных всадников. По какой-то причине я сейчас видел силовые линии местного магического поля, которые свивались над головами призраков в замысловатые узоры. Они слабо светились и дрожали, похожие на струны гитары после завершающего аккорда. Линии эти были белыми и очень тонкими, и мне подумалось даже, что они сильно напоминают мне волосы Катерины.

Призраки не казались готовыми к нападению, да и не было у них на то причины. Призрак беценека — это уже не сам беценек. И если на первых порах какие-то чувства и воспоминания в призраке еще сильны, еще способны поддерживать в нем невидимую связь с прежней личностью, но вся эта память очень быстро тает, расплывается, исчезает. И уже скоро не остается от нее ничего, лишь некие смутные образы и ощущения.

Призраки обменялись друг с другом фразами на незнакомом мне птичьем языке, потом равнодушно отвернулись и тронули своих лошадей. Те послушно двинулись вперед, но вовсе не по дороге. Они пересекли ее, протиснулись промеж елей и вскорости исчезли из вида. Только мохнатые лапы поколыхались еще немного и замерли.

— Фух-х! — Кушак сунул за пояс топор и утер со лба пот. — Кажись, пронесло на это раз. Нам повезло, что эти беценеки были убиты некоторое время назад. Скорее всего в битве с Истиславом. Связи с прежней личиной у них уже почти разрушились, и они теперь не проявляют особой злобы на русский люд. Сейчас они, так же как и мы, направляются в Зеркальный храм. Но если бы они были убиты недавно, то наверняка напали бы на нас.

— Двое против двоих — мы бы сдюжили, — ответил я. Без особой уверенности, впрочем.

Кушак хмыкнул, качая головой.

— Ты когда-нибудь сражался с призраками, Ляксей? — поинтересовался он.

Я честно признался:

— Не доводилось. С демонами, бывало, зацеплялся, но то ведь скорее необычные звери, нежели призраки. Как же можно сражаться с призраком, если он и тела-то не имеет?

— В том-то и дело, что не имеет! Как же его убить-то, если и мечом ткнуть некуда? Как же ему голову с плеч срубить, если шея у него что воздух — такая же неосязаемая?

— Что верно — то верно, — вздохнул я. — Пытаться убить уже и без того мертвое — то еще занятие. Это как воду в решете таскать.

Кушак вдруг вздрогнул, выпучил глаза, и лицо его приобрело какое-то детское выражение. Сперва я не сообразил, что это может означать, но потом смекнул: это Марьица вышла из забытия.

— Это не помешало вам убить меня во второй раз! — сказал Кушак высоким голосом. — Несчастной девице меч в грудь по самую рукоять воткнули, к земле сырой пригвоздили, ироды!

И тут же, поучительным тоном, он возразил девке внутри себя:

— Ты была не призраком, а самым что ни на есть подвижным мертвяком! Шмыгой проворной, которая не прочь отведать человечинки! Потому и пригвоздили тебя к земле… А теперь помолчи, девка глупая, когда мужи бывалые о делах важных беседу беседуют!

К нам подошли Тихомир с Настей, ведя своих лошадей в поводу. Должно быть, Тихомир услышал наш разговор, потому что сходу сообщил: