Книга Битва за Лютоград, страница 11 – Максим Шторм, Дейлор Смит

Я опередил рвавшегося к пленному барону сжимающего кулаки сержанта Корнедуба и с показательным участием спросил:

— Неужели несколько дней в холодной прочистили тебе мозги, Вениамин? Тебе нужен я? Предупреждаю, ты не совсем в моём вкусе.

Рогволд, хмыкнув, переглянулся с Трофимом. Тот тихо пробормотал под нос:

— Наверно все же придётся обходиться по старинке. Раскаленные клещи и костедробилка дают иногда неплохие результаты…

Рыков сделал вил, что ничего не услышал и с вызовом уставился на меня, полыхая ненавистным взглядом. Его губы, задергавшись в неприятных изгибах, обнажили оскаленные зубы.

— Неужели испугался, щенок?

Кречет, изогнув бровь, вопросительно посмотрел на меня. Корнедуб же, воинственно топорща усы, рявкнул:

— Да что мы цацкаемся с этой падалью? Я ему счас такого леща закачу, враз запоет, как соловей!.. Мало тебе капитан фонарей наставил, сосунок⁈.

На плечи рвущегося в бой сержанта упали огромные лапищи Кречета. Человек послабже рухнул бы на пол. Я поднял вверх руку, уловил короткий соглашающийся кивок капитана и спросил:

— Твои условия, Вениамин? Как ты себе приставляешь нашу сделку?

Торжествующе ухмыльнувшись, словно выиграл в лотерею жизнь и свободу, Рыков размеренно зановорил, словно никуда не спешил и впереди у него была целая вечность. Наверняка перед его затянутым поволокой накатывающего безумия взором проплывали сладостные картины моего вспоротого брюха или перерезанной глотки.

— Другой разговор, Часовой… Совсем другой. Признаю, не ожидал от вас, особенно от тебя, такой прыти. Уважаю. Без дураков. Наш общий знакомый наверняка сейчас кипятком ссыт от злости. Хотя даю гарантию, что на людях он и бровью не поведёт!

— И будешь готов так легко его сдать? — усмехнулся я, вызвав в ответ широкую ухмылку.

Рыков звонко щёлкнул пальцами и воскликнул:

— Сейчас моя жизнь стоит для Перумова не больше этого щелчка! Я отработанный материал, как и все, кто шпионил для него, и кого вы повязали. Ловко сработали, ловко… Перумовы всегда покровительствовали Рыковым. Наш дом не самый сильный среди Великих Родов, чего уж там скрывать. А мы привыкли платить по счетам. Конечно, я понимаю, что отсюда мне уже не выйти. Вы ли меня казните или секира царского палача. Или же сам граф, недовольный мною, подошлёт убийц. Но напоследок я хочу потешить себя. Ведь уходить, зная, что не отказал себя в сущей малости получить удовольствие от посмертных хрипов своего врага, намного веселей… Согласен, парень?

Заскрипевший зубами Корнедуб снова хотел что-то пролаять, но Кречет опять оглушительно хлопнул его по плечу.

— В самую точку. Ты уже понял, что мы, северяне, люди простые. Но справедливые и свое слово держим. Можем и в морду дать, но и перед самым заклятым врагом не солжём. Я, как наследник Рода Бестужевых, сын Александра и законный владыка всего края, даю тебе слово, что в обмен на всю правдивую информацию, выйду с тобой сражаться. Один на один на любых твоих условиях. И если фортуна будет милостива именно к тебе, никто не кинет в тебя лишнего камня. Все будет честно и справедливо. Клянусь.

Рыков, не веря своему счастью, начал расплываться в счастливой улыбке сумасшедшего. Кречет, сдержанно усмехнувшись лишь покачал головой, а Корнедуб прямо-таки взвился на дыбы: