Книга На чужой земле, страница 84 – Максим Шторм, Дейлор Смит

Как обычно, так уж было издавно заведено, каждая смена у ворот города на ночь усилялась несколькими Часовыми из Цитадели. И последние совершенно не скрывали своего недовольства и злости, когда видели листки с изображениями беглого бойца. Часовые роптали, презрительно плевались, но были вынуждены подчиняться приказам. И так же, как и стражники, осматривали всех проходящих через ворота людей.

В ту ночь, незадолго до наступления ведьминого часа, когда все городские ворота закрывались до самого утра и оставались запертыми, невзирая ни на что, к главному входу в огромный город подтянулась целая процессия.

Уже приготовившиеся запустить могучий механизм, способный сдвинуть громадные тяжеленные створки, стражники нехотя выдвинулись навстречу припозднившимся гостям. За ними поспешили две здоровенные, грохочущие железом, закованные в силовую броню фигуры. Часовые тащили на плечах зачарованные клинки и мрачно глазели в смотровые щели тяжёлых шишаков.

— Не иначе, как наш Бестужев именно вот сейчас и восхочет-то в город ворваться, — пророкотал один из них, нисколько не стесняясь и громко излагая свои мысли. — Да и наподдать еще раз под сраку достопочтенному барону Рыкову!

— А что, — охотно вторил ему напарник. — Алексей таков и есть, ежели чего восхочет, так не остановится! Так что, Данила, как договаривались? Только увидим кого на Бестужева похожего, так сразу морды в стороны и воротим?

Прислушивающиеся к громогласно рассуждающим Часовым привратники уныло втягивали головы в плечи. Некоторые не сдерживали широких ухмылок. Здесь, на севере, среди служивого народа уже давно не было секретом, что в Цитадели сына бывшего командующего Тринадцатой Стражей никто не называет позорной кличкой «Безродный». И что все Часовые стоят друг за друга горой. Даже сейчас, когда капитан Ярослав Кречет и сам под арестом.

Раздавшись в стороны, стражники дождались первых прибывших. Съехав с широченного тракта, грохоча ободами колёс по каменным плитам, через проём в огромной, непомерной ширины, монументальной городской стене вкатилась первая телега, запряженная двойкой чалых лошадей. Сидящий на облучке мужичок, завидев стражу, бодро прокричал:

— Ночки доброй служивые! Уж простите, что запоздали, да телега клятая по дороге сломалась, вот все подводы и задержались.

— В следующий раз под стенами ночевать будете, — проворчал вооруженый коротким мечом и кинжалом старший смены, подходя к первой прибывшей телеге. За первой, позади, в темноте, освещаемой разгоревщимися на стенах яркими факелами, проступали очертания еще двух и чего-то, напоминающего карету. — Чего везёте-то, дармоеды?

— Яблоки, мил человек. Последние вот уж в этом году, — словоохотливо зачастил возница. — Да брюкву с тыквой. Сами вот извольте глянуть. Трое нас. Из Вишнёвки путь держим.

Стражник понимающе кивнул. Деревню эту он знал и находилась она и впрямь далековато от Ярограда.

— Поезжайте, — махнул он рукой.

На чудовищ и беглого изменника эти крестьяне точно похожи не были. Из караулки высунулась лысая голова дежурного чародея. Он скользнул по одной за другой въезжающей через распахнутые врата телеге и зевнул. Оживился он лишь, когда последним на досмотр вкатился влекомый четвёркой добротных чёрных коней огромный, черный же дилижанс.