Онлайн книга «На чужой земле»
|
Георгий же, полностью распахнув дверь, немного замешкался, снимая с пояса дежурный фонарик. Сдвинул шторку, зажег фитиль, и подсвечивая себе разгоревшимся огоньком, запертым в стеклянном колпаке, вошел внутрь, держа во второй руке готовый пальнуть пистоль. Трепещущее пламя фонаря отогнало от порога заполонившие просторную комнату, отведенную под торговлю хлебом, тени. Георгий настороженно осмотрелся, повыше поднимая фонарик. Вроде все в порядке. За исключением незапертой входной лвери и срезанного над нею колокольчика… И… Нахмурившись и опустив голову, он присмотрелся и тихо выругался. Присев на корточки, стражник посветил фонарем. Следы. Множество покрывающих навощенные доски пола следов. Сапоги, мужские, разных размеров. Несколько людей. Следы нечёткие, будто люди впопыхах наступали то каблуками то подошвами на что-то жирное и липкое. Дождя давненько не было, улицы сейчас сухи. Откуда тогда тут грязь? Навозом тоже не воняет. Стражник наклонился ещё ниже, присматриваясь, мазнул пальцем по чёрному, отдающему в полумраке бордовым, отпечаку и понюхал. Затем дотронулся до пальца языком. С отвращением спюнул и резко выпрямился. Кровь. Неизвестные, кем они ни были, вступили где-то в кровь. А они сразу и не догадались посмотреть на тротуар перед входом в лавку. Хотя на улице такие следы быстро зашоркаются об камень. Полный самых нехороших предчувствий, взведённый как готовая лопнуть пружина, Георгий пошёл вглубь лавки. И тут же услышал из задней половины дома крик своего напарника. Вздрогнул, чертыхнулся и, ругаясь на чем свет стоит, помчался вперёд, миновав ведущую на второй поверх лесенку и врываясь в расположенную позади торгового отдела комнату, где были выложены печи и находилась кухня. Богдан уже был здесь, войдя через так же незапертую дверь чёрного хода. Он больше не кричал. А, издавая судорожные всхрипы, словно ему было трудно дышать, потрясённо таращился на то, что лежало у самого порога. На что он и наткнулся, входя в магазинчик. Застыв на секунду, Георгий повыше поднял фонарь и на деревянных ногах подошёл к напарнику. Нехотя опустил помрачневший взгляд вниз. Уставился на лежащее в локте от порога черного хода тело мёртвого человека и едва не проблевался. Человек был мёртв. И пока было сложно сказать, как именно он умер. Точнее она. Женщина. Которая бежала сюда, пытаясь спастись. Смерть настигла её здесь же. И была так ужасна, что подобного ни один из проникших в дом стражников ни разу не видел. Богдан перевёл на товарища округлившиеся от ужаса глаза. Зажатый в кулаке палаш мелко дрожал. Закашлявшись, он с натугой прихрипел: — Жора, ты чуешь, какой тут запах внутри?.. Георгий молча кивнул, убирая в кобуру бесполезный теперь пистоль. Здесь пахло смертью. И злом. * * * Дежурившие на главных городских воротах Ярограда привратники в последние дни, а особенно ночи, самым тщательным образом досматривали всех въезжающих и покидающих город людей. Пеших, конных, передвигающихся на раздолбанных телегах и дорогих дилижансах. Исключение не делалось ни для кого. Особое распоряжение наместника барона Горя и прибывшего во главе специальной следственной комиссии графа Василия Кулагина из Столицы. Грубо намалеванные, но достаточно точные портреты беглого Часового Альрика Безродного были в каждой караулке и на каждом посту во всем огромном городе. Особенно на воротах. |