Книга На чужой земле, страница 64 – Максим Шторм, Дейлор Смит

— Ты меня хорошо видишь, слышишь? — чуть наклонившись, не отрывая цепких колючих глаз от проявившегося изображения человеческого лица, громко спросил престарелый граф.

— Да, ваша Сиятельство, — голос звучал глухо, словно шел откуда-то из-под земли, интонации были плохо различимы, но каждое словно было отчётливо слышно. — Слышу и вижу хорошо.

Перумов удовлетворенно поджал губы. Машина, транслирующая изображение его агента, негромко вибрировала, а наполненный кровью сосуд дрожал, чуть светясь. Содержимое колбы текло по стеклянным трубкам, неумолимо уменьшаясь. Связь подобного рода требовала прорву особой энергии. Которую, помимо алхимического энергокристалла, давала кровь.

К данной связи Перумов прибегал только в самых крайних случаях. И когда требовалось срочная информация.

— Меня интересуют все свежие решения Кулагина по расследованию, — сложив руки на сухопарой груди Перумов. — Рассказывай, что успел узнать за последние дни. И более всего меня интересует судьба сбежавшего Часового. Этого треклятого мальчишку вообще собираются искать⁈.

Перумов не сдержал недовольных, гневных ноток. Мутноватое, будто подернутое вызванной ветром рябью на водной глади лицо отозвавшегося на вызов человека приобрело подобострастное выражение. Он разжал губы и спустя пару секунд Перумов услышал его голос:

— Ищут, ваше Сиятельство, ищут. Не извольте волноваться. Он вернется, никуда не денется. Как только до него дойдут слухи, что его сестра в Цитадели. Это вопрос времени… И зависит только от того, в какой именно норе и как далеко от Лютограда он залёг.

— Хотелось бы и мне знать, где этот ублюдок себе убежище нашёл, — раздражённо пробормотал Перумов. — Рассказывай всё, мне нужны подробности.

* * *

Барон Рыков с чистой совестью отдал формальные права на управление Корпусом Тринадцатой Стражи в руки местного ветерана и старейшего воина Цитадели сержанта Корнедуба. Ему и в голову ни на миг не приходило добросовестно исполнять возложенные на него пусть временные, но обязанности командующего.

Тревожный вызов средь ночи Рыков элементарно проигнорировал. Механизм Цитадели работал исправно и четко, как лучшие часы, и барон прекрасно понимал, что местные Часовые отлично управятся и без него. Корнедуб, не возмущаясь более, взял на себя полное управление Корпусом, пока Кречет находится под стражей. Опытнейшие вояки, служащие под его началом, знают, что делать. И очередной свежий Прокол для них всего лишь часть рутинной работы. И Рыков ни под каким видом не собирался в нее вмешиваться. Все его внимание и свободное время было поглощено поимкой сбежавшего предателя.

Все естество Рыкова горело от сжигающей его ненависти и плохо скрываемой ярости. Стоило только вспомнить о нанесенном ему унижении… Сломанный нос давно сросся. А причиненная обида цвела буйным цветом. Рыков был не из тех, на ком воду возят, но поймать сбежавшего Безродного он поставил едва ли не целью всей своей жизни.

Барон, не стесняясь, громогласно, на всю крепость заявлял, что лично беглеца из-под земли достанет и притащит на честный и справедливый суд. Пятёрка верных людей из его Безумной бригады не отходили от своего патрона практически ни на шаг. Рыков лично участвовал во всех вылетах по патрулированию городских кварталов и ближайшей округи. «Константин» всегда оставался на приколе в воздушой гавани Цитадели. Два других боевых крейсера неустанно огромными хищными стервятниками кружили в небе. Поймать и обезвредить. Экипажу военных судов была дана конкретная задача. Сбежавший предатель и государственный преступник должен быть пойман во чтобы то ни стало.