Книга На чужой земле, страница 111 – Максим Шторм, Дейлор Смит

Загрохотав засовами, Киндей отворил дверь и торопливо отошел в сторону. Бонзо с недоумением смотрел на него. Когда, нагибаясь, чтобы не зацепиться о дверную коробку, внутрь вошёл незванный гость и в тамбуре как-то сразу стало тесно и неуютно, у Бонзо отвисла челюсть.

Вошедший человек был настолько огромен, что головой едва не упирался в притолоку. Дюжий Бонзо внезапно почувствовал себя маленьким недоразвитым задохликом. Стараясь сохранить прежнюю уверенность и нахальство, Киндей нарочито язвительно сказал:

— Стой-стой, друже, не гони коней. Уж извини, но дальше ты не пойдёшь, покудова мы тебя не обыщем. Эт, конечно, дело долгое, учитывая твои размеры, но опыта нам не занимать. Смекаешь?

Киндей при молчаливой поддержке напарника выжидающе, опасливо сузив черные глаза, уставился на вошедшего великана.

Тот же, медленно поводя скрытой копюшоном головой из стороны в сторону, словно замер в раздумьи. Монолитная, поражающая размерами воображение фигура, под плащом которой можно было спрятать целый городской арсенал. И это особенно нервировало Киндея.

Гигант, чуть сдвинувшись, неожиданно спокойным и густым, как патока, голосом, в котором сквозил едва заметный забугорный акцент, произнёс:

— На вашем месте я бы просто пропустил меня дальше, и отправился прочь отсюда, искать другую работу. Но понимаю, что такие люди, как вы, вряд ли меня послушают…

Бонзо, в изумлении выронив изо рта непрожеванный сухарь, тупо уставился на позеленевшего от беспомощной злости Киндея и пробасил:

— Я не понял, это он сейчас чего городит-то?.. Счас, наверно, схожу ребят кликну.

Словно не обратив внимания на последние слова охранника, гигант продолжил:

— Я не позволю вам меня обыскать и все равно войду в вашу разбойничью конуру. Кодекс Джаггеров запрещает мне трогать обычных людей. За исключением тех случаев, когда они препятствуют выполнению моей первоочередной миссии и…

Киндей внезапно понял, что добром это дело не кончится. Если до всегда долго соображающего Бонзо еще не дошло, то ему вдруг стало понятно, что он только что своими руками запустил в трактир опаснейшего хищника. С другой стороны… Киндей тоскливо покосился на чудовищного незнакомца, вряд ли существуют двери и засовы, способные удержать эту махину.

— Оставь свои угрозы при себе! — дрожащим от ярости пополам со страхом голосом рявкнул он. — Ты кто вообще такой, чтобы тут права качать? Живо лапы в гору, сказал, а плащ сымай! Тогда, может, и дозволю дальше пройти. Бонзо, зови наших, скажи, что тут особо непонятливый малый заявился…

Сам же Киндей выхватил кинжал и продемонстрировал внимательно наблюдающему за его действиями гиганту недвусмысленный жест.

— Изуродую, шкура!

— Препятствуют миссии Джаггера и первыми нападают на него, — с очевидным уловлетворением прогудел великан.

А затем в проходной комнатке разверзся настоящий ад.

Огромный человек резко пришел в движение. Невероятно быстрое и едва уловимое для глаз и совершенно непостижимое для громадины таких размеров. Киндей только ахнуть успел.

Он никогда не уклонялся от поножовщины и всегда славился хорошо поставленным боем на коротких клинках. Но сейчас он лишь успел беспомощно махнуть кинжалом, когда словно взорвавшийся огромной черной тучей, молниеносно шагнувший к нему человек ударил первым.