Книга Часовой: слуга Императора, страница 10 – Максим Шторм, Дейлор Смит

Он не договорил. По рядам занявших оборонительные позиции на бастионах и стенах города защитников пронеслись возбуждённые шепотки и выкрики. Люди разом зашевелились и, вытягивая шеи, начали вглядываться вперед. Чертыхнувшись, Егор торопливо высунулся меж каменных блоков. В затылок ему надсадно задышал Елизар.

— Да что там узрели-то, а? Нешто таки нечисть выглядели?

— Ее самую, — с некоторым обречённым удовлетворением произнес Егор, подергивая себя за усы. — Вона, глаз-то свой последний разуй. Явились, сволочи, не запылились. Орда к нам пожаловала.

Издалека могло показаться, что на расстоянии в несколько верст от города, там, где темно-синее небо сливалось с землей, внезапно появилась низколетящая, едва ползущая черная туча, что стелилась над самой поверхностью. Но шли минуты и становилось понятно, что это вовсе не туча. С каждым мгновением, каждым ударом учащённо забившегося сердца, невнятная, растянутая черная полоса все увеличивалась, безостановочно шевелясь, перекатываясь и продвигаясь вперёд. И становилось ясно, что это движется огромная взбудораженная масса живых существ, собранных в рассыпавшуюся на сколько хватало глаз чудовищную стаю.

Дувший со стороны накатывающего вала монстров ветер принес все усиливающиеся диковинные ароматы, словно на юге отворилась гигантская дверь, ведущая в неведомый зверинец. Запахи мускуса, мокрой псины, экскрементов, чего-то едкого и отталкивающего. Ветер доносил нарастающий шум сотен и тысяч лап и конечностей, в спешке цепляющихся за бедную истерзанную землю. Гортанное урчание тысяч глоток, рык и лай, дикий хохот и визги. Надвигающаяся на Лютоград орава пока еще трудно различимых существ даже на таком расстоянии издавала больше шума и вони, чем любая из человеческих армий того же количества. То прибывало воинство тьмы и мрака, состоящее из пришедших в мир людей жутких богопротивных омерзительных тварей, рождённых под чужими солнцем и луной потустороннего богопротивного мира.

До рези в глазах всматриваясь вдаль, беззвучно шевеля губами, словно пытаясь сосчитать всех по головам, Егор выдохнул:

— Мать моя женщина… А ведь болтали, что их стало гораздо меньше… Дескать, перестали страховидлы в таком количестве по весям да дорогам рыскать!

— Видать, за ради нас исключение решили сделать, — буркнул Елизар, потирая внезапно заболевшую под черной повязкой пустую глазницу. — У страха глаза завсегда велики, друже. Ты присмотрись, ползут они как прибой, да, но сильно растягиваются в стороны, рассыпаются. Отсюда кажется, что их как муравьев, и земли не видно. Но, кажись, их меньше, чем мерещится. Думаю, от силы тыщ пять-шесть, не больше.

Услышав его голос, тоскливо и обречённо пробормотал кто-то из прильнувших к парапету защитников города:

— Да на нас и столько хватит. У нас солдат то настоящих всего человек пятьсот, остальные сплошь ополченцы.

Вдоль стены покатился согласный ропот. По обе стороны ворот, на главных опорных позициях стояли исключительно солдаты, ветераны и воины гарнизона, чем дальше к башням и наименее важным участникам бастионов, тем больше становилось простых ополченцев. Также их основное количество было сосредоточено внизу, на площади перед воротами, под командованием опытных бойцов, готовых сдержать натиск противника, если они таки преодолеют стены или же разобьют ворота.