Книга Черная Панна, страница 26 – Екатерина Стрингель

Голова Насти опустилась на подушку с полосатой наволочкой, и сознание тут же провалилось в забытье. Локация сновидений не менялась уже два месяца и стала даже привычной: старая научная лаборатория при академии, где отец работал над проектами. Но на этот раз она увидела, как он проводит исследования голубоватого дыма, который тянется в небо.

Дверь в лабораторию оказалась тоже другой. Обычно она выглядела белой с обшарпанной краской и вполне стандартной гладкой ручкой из нержавеющей стали. Сейчас же перед Настей, присутствовавшей в кабинете бесплотным духом, возвышалась роскошная трехметровая дверь из темного дерева, вертикальную ручку которой украшали барочные завитки.

Настя потянула ее на себя, и в кабинет ворвался свет сотен свечей, которые отражались в зеркалах на высоченных стенах с лепниной и позолотой. Огромное помещение оказалось похожим на бальный зал дворца времен Ренессанса: много золота, завитков, фигурный паркет, огромная золотая люстра под потолком, искусно расписанным фреской с изображением воздушных полуголых девушек, облаков и херувимов.

Зал наполняли строгие мужчины в кафтанах и изящные девушки в платьях с бархатными оборками, в головных уборах, расшитых россыпью камней. Они ходили с веерами в руках, кокетливо улыбались и низко кланялись кавалерам. Настя плыла среди них, словно тень, никто не обращал на нее внимания, совсем не замечая. Неведомая сила вела ее к странной троице: двое мужчин в черных кафтанах, красных мантиях и белых объемных воротниках на испанский манер оживленно обсуждали что-то с девушкой в длинном золотистом платье. Ее голову и шею покрывал красивый головной убор, расшитый жемчугом, из-под которого виднелись светлые волосы.

— Кто вообще придумал, что траур заканчивается строго по времени? – прозвучал мелодичный голос девушки.

— Дорогая моя сестра, даже ты не можешь сидеть в заточении вечность, нужно иногда появляться на людях, – мужчина с длинной рыжей бородой старался говорить как можно мягче. – Книги не заменят живого общения и новую семью за тебя не создадут.

Девушка фыркнула и сложила руки на груди. Настя чувствовала то же, что и она. Откуда-то знала, что девушка уже тысячу раз пожалела, что позволила братьям вытащить себя из цитадели отцовской резиденции, где она больше года горевала о скоропостижной кончине мужа, хоть и нелюбимого.

— К тому же на сегодняшнем балу будет сам король, – добавил чернобородый. – Это мой друг детства и просто прекрасный человек.

— Наслышана, – сухо ответила девушка, сморщив лоб. – А еще я наслышана, что он женат и у его матушки из рода Сфорца невероятно скверный характер. А еще…

Фразу завершить не удалось, потому что к ним подошел высокий мужчина с величественной осанкой, в длинной черно-красной мантии и роскошном кафтане из венецианских бархата и парчи. Он пристально смотрел глубокими темными глазами, лицо обрамляли черные короткие волосы и аккуратная борода, переходящая в усы, которые слегка касались носа с высокой спинкой. Барбара видела подобный у всех представителей рода Ягеллонов. Было в нем что-то такое, что сильно привлекало, и она завороженно смотрела на мужчину.

Он казался слегка смущенным. Узкие сжатые губы приоткрылись и зависли на полуслове, глаза загорелись, ошарашенно скользя по идеальному светлому лицу Барбары, которое по красоте спорило с безупречностью фигуры: изящная талия, красивая осанка, узкие плечи и тонкие пальцы.