Книга Ближние соседи, страница 40 – Станислав Федотов

— Что я должен делать?

— Устройся работать на КВЖД и жди. Осторожно агитируй китайцев и маньчжур в пользу Японии. Знаешь, что такое «спящие ячейки»?

Сяопин отрицательно качнул головой.

— Это группы агентов, бездействующих до поры до времени. Они «просыпаются», когда появляется необходимость. Постарайся создавать такие ячейки в Маньчжурии.

— Но сейчас идёт война…

— Война скоро закончится, а Маньчжурия не должна оставаться русской.

— А платить будете? Кого-то и подкупать придётся, да и мне не помешают.

— На почте в Харбине будешь ежемесячно оставлять пакет с отчётом до востребования на имя… Назови, какое тебе нравится.

Сяосун подумал:

— Пусть будет Хэй Лун.

— Хорошо, пусть будет Хэй Лун. – Капитан сделал пометку в блокноте. – Там же будешь получать пакеты на имя… на имя…

— Цзян, – подсказал Сяосун.

— Годится. В пакете будут инструкции и деньги. За них тоже надо будет отчитываться. Ты писать-то умеешь?

— Умею.

— Отлично. – Капитан подал лист рисовой бумаги и ручку с железным пером, пододвинул чернильницу. – Пиши: «Обязательство. Я, Ван Сяосун, добровольно обязуюсь верой и правдой служить…»

— Служить не хочу! – Сяосун отложил ручку. – Не хочу и не буду!

— А чего же ты хочешь? – Ласковый голос капитана грозил разразиться громом.

— Помогать – да, а служить – нет. Никому!

— Ну хорошо, пиши: «…помогать великой Японии в её действиях на территории Маньчжурии». Написал? И распишись своим именем, а в скобках поставь «Цзян».

14

Император российский Николай Александрович уже полчаса был погружён в глубокие раздумья о перипетиях войны с Японией. Это его раздражало, но отмахнуться, как обычно, было невозможно. Кто же мог предположить, что так всё обернётся? По отчётам и докладам военного министра генерал-адъютанта Куропаткина картина готовности к войне выглядела вполне прилично. На обустройство Квантунской области и крепости Порт-Артур требовались десятки миллионов рублей, да не ассигнациями, а золотом. К тому же обещано было всем ведущим странам, что порт в бухте Даляньвань будет открыт для коммерческих судов всего цивилизованного мира, а это потребовало ещё полтора десятка миллионов.

Конечно, два года потеряли на всяческие согласования планов и не всё успели сделать, что и неудивительно при такой непредвиденной нагрузке на финансы. Николай Александрович цифры военного и морского бюджетов, конечно, не помнил – что-то около трети всех расходов империи, – но порадовался, что министр финансов – опять этот несносный Витте! – необходимые деньги изыскал. Разумеется, как всегда в России, тратили их не очень умно, да и – что греха таить! – по карманам рассовали немало, но что вышло, то вышло.

Николай Александрович поморщился, как от зубной боли. Да, мы не были готовы к войне: мало войск, даже с учётом пограничной стражи и охраны КВЖД, но пополнять до нужного количества с крошечной пропускной способностью Транссиба на Байкале сколько бы потребовалось времени! А у Куропаткина был замечательный план кампании! Дать японцам высадиться, а потом медленно отступать в глубину Маньчжурии, изматывая войска противника и постепенно пополняя свои, а когда наберётся наших достаточное количество, тогда и ударить в полную силу, разнося япошек в пух и прах!

Ммм… Император зажмурился, представив этот пух и прах, но через мгновение выражение удовольствия на лице сменилось гримасой отвращения: он вспомнил, во что в результате обратился отличный прожект генерала… В сплошные поражения. Да не мелкие, как предполагалось, а поистине разгромные. При самом же Куропаткине, который с удовольствием взялся быть главнокомандующим! Ирония судьбы, да и только! Никто и предположить не мог, что блестящий генерал, любимец народа, будучи отличным стратегом, окажется никудышным тактиком. Вот пусть теперь и отдувается – за всё! Не царское это дело – брать на себя ответственность за провалы. Слава Богу, что всё закончилось.