Книга По обе стороны времени, страница 41 – Станислав Федотов

— А много ваших тогда выжило? – спросила Варя.

— Почему ты спрашиваешь?

— Так, может, ещё потомки найдутся. Сейчас у нас столько объявилось этих… экстрасенсов, целителей разных, ясновидящих… Даже ведьмы водятся.

— Я так думаю, – заявил Кент, – ежели они творят добро и не за деньги, то, пожалуй, – наши. Но, наверно, есть и настоящие потомки. – И почему-то посмотрел на Варю.

О шёпоте звёзд никто даже и не вспомнил.

Роман Величко и два его сослуживца, лейтенант Егоров и сержант Чирков, были вызваны «на ковер» к Шерифу. Ковра как такового, правда, не было – они чинно сидели за лёгким столиком, приставленным к тяжёлому двухтумбовому столу начальника, и поглощали не самое вкусное блюдо – «распеканку» по поводу полного отсутствия сведений о местонахождении рэкетиров Маргариты Овсянко по кличке Крошка Рита и Фёдора Пичугина по кличке Федя Боксёр.

После налёта на магазин «Тодасё» упомянутые рэкетиры как сквозь землю провалились. Зато по всему Угорью бурно распространились слухи об огромном золотом кладе Емельяна Пугачёва, якобы спрятанном в окрестностях городка. Его называли «клад Пугача».

Легенда о кладе бытовала в народе давно, возможно, со времён восстания Пугачёва. В ту пору отряды повстанцев разграбили несколько богатейших имений неподалёку от Угорья, истребив на корню хозяев, но вскоре в панике отступили под натиском суворовских солдат. А богатства исчезли. Сам Емельян Иванович и близко к Угорью не побывал, но молва связала награбленные ценности почему-то с его именем, а сокрытие оных – с угорской землей. И слух этот время от времени всплывал на поверхность, будоража падких на лёгкую поживу граждан. Вот и сейчас, едва кто-то краем уха услышал о происшествии в магазине тёти Тани, как его тут же связали с «кладом Пугача», и страсти закипели, грозя выплеснуться за пределы возможного. Стихийный митинг, собравшийся возле магазина, требовал подробностей. Однако тётя Таня наотрез отказалась говорить на эту тему, назвав событие чьей-то глупой шуткой и посоветовав особо рьяным активистам из числа безработных заняться каким-нибудь общественно полезным делом. Однако митингующие не вняли её доводам, а выбрали и отрядили на разведку в усадьбу у Тихого омута группу из пяти человек во главе с Иваном Коробейниковым. Их поход был назначен на следующее утро, сбор – у магазина.

Обо всём этом Шерифу доложил руководитель группы поиска рэкетиров лейтенант Егоров. За что и получил нагоняй.

— Не тем занимаешься, лейтенант, – громыхал майор Владыкин. – Где рэкетиры и где клад Пугача? Что между ними общего? Что ты мне вместо конкретных сведений о преступниках подсовываешь протухшие слухи? В общем, так. Идите с Чирковым и выполняйте задание. Даю два дня. Величко я забираю на другое дело.

Когда за Чирковым и Егоровым закрылась дверь, Владыкин вышел из-за стола и наклонился над удивлённым Романом. Голос его из громыхающего вдруг стал задушевным и почти ласковым:

— Ты почему, собачий сын, не доложил мне о происшествии в магазине Антоновых? А? – Парень дёрнулся, чтобы вскочить, но тяжёлая длань начальника на плече придавила его к жёсткому сиденью стула. – Ну да, о рэкетирах сообщил, а о золоте?

— Я подумал, что это гипноз, – хмуро сказал Роман. – Ну, Кент Балагул хотел помочь тёте Тане избавиться от рэкета и «отвёл глаза», будто бы откупился золотом.