Книга По обе стороны времени, страница 125 – Станислав Федотов

Дроздов сходил в канцелярию и к директору школы – за подписью – и, вернувшись, вручил Рамону бланк командировочного удостоверения с витиеватыми словами:

— Сия бумага, курсант Величко, есть твой мандат на благородное дело розыска во имя закона. Благословляю!

Рамон смешался, не зная, что ответить на столь странное речение, а капитан выдержал паузу и засмеялся:

— Не дрейфь, курсант, не боги горшки обжигают. Китайцы говорят: путь длиной в тысячу ли – это у них мера такая – начинается с первого шага. А время, как ты правильно заметил, терпит.

Он замолчал, что-то обдумывая, и вдруг сказал:

— Слушай, Роман, а что, если и мне с тобой поехать? Мне проще вашу местную полицию подключить… конечно, в случае необходимости… и тебе что-нибудь подсказать. Всё-таки первое дело, да ещё такое путаное. А?

Рамон растерялся. Мысли заметались, ища выхода. Ведь если капитан поедет с ними, он рано или поздно узнает о видеохроне и, по-честному, как полицейский не остановится перед тем, чтобы его отобрать. Как говорится, изъять в интересах государства. По крайней мере, может попытаться. С другой стороны, завладеть видеохроном наверняка постарается тот же Янусов, и тут помощь полиции окажется очень даже кстати. Надо лишь убедить капитана в необходимости хранить тайну видеохрона хотя бы до той поры, когда Севка и Кент доведут его до кондиции.

Всё это промелькнуло в голове Рамона за какую-то пару секунд, но их хватило, чтобы капитан Дроздов заподозрил неладное.

— В чём дело, курсант Величко? – ледяным тоном спросил он. – Тебя не устраивает моё предложение?

— Нет, нет, что вы! – Рамон не выдержал сурового полицейского взгляда, опустил голову и промямлил: – Просто есть обстоятельства…

— Какие такие обстоятельства?!

Рамон собрался с духом:

— Я не могу ничего сказать, пока вы не дадите честного офицерского слова держать мою информацию в секрете.

Он взглянул в лицо начальника учебно-воспитательной части школы и поразился тому, что увидел. В его только что непроницаемых глазах вдруг заплясали огоньки, какие он не раз наблюдал у Севки, когда тот придумывал нечто новое, необыкновенное. Эти огоньки загорались из искры неуёмного любопытства и нетерпеливого ожидания чего-то небывалого.

— Даю честное офицерское слово, что сохраню в тайне сказанное тобой вплоть до особого на то разрешения, – торжественным тоном произнёс Дроздов и даже, надев фуражку, отдал честь.

Это выглядело и прозвучало немного смешно, однако Рамону было не до смеха: ему предстояло выложить как на духу всё, связанное с видеохроном. И в первую очередь – о самом аппарате.

Выслушав довольно сбивчивый рассказ, капитан недоверчиво покачал головой:

— Слишком много развелось сейчас фанатов фэнтези. Крыша едет!

— Никакое это не фэнтези! – загорячился Рамон. – Живой Чумаков был в кадре! А правнук Воскобойникова вообще туда ушёл!

— Ты это сам видел?

— Чумакова – сам, правнука – нет. Но я Севке верю больше, чем себе!

— Хорошо, хорошо, не ершись. Я тоже верю! Потому и еду с тобой.

— Кто слил информацию ментам? – первым делом поинтересовался Владимир Николаевич, когда участники экспедиции в Угорье разместились в просторном холле загородного дома. Сева закончил восстановление видеохрона, и Янусов собрал всех у себя, то есть в доме Воскобойниковых, чтобы проверить действие аппарата.