Книга Дворянин, страница 114 – Роман Злотников

Кстати, в процессе подготовки проекта внезапно выяснилось, что, когда Данька и Бестужев с остальными упоминали слово «винт», они имели в виду совершенно разные вещи. Для бывшего майора «винт» – это устройство, так сказать, вентиляторного типа с несколькими лопастями… а для всех остальных «винт» – это этакий обрезанный шнек от мясорубки. То есть классический античный «архимедов винт». И никаких других винтов тут пока никто и представить себе не мог! Поэтому, когда Даниил, удивившись изготовленной для модели конструкции, нарисовал Бестужеву свой вариант винта, тот сначала попытался убедить его, что нарисованный им вариант хуже. Мол, «архимедов винт» предложили использовать в качестве движителя судна сами Даниил Бернулли и Джеймс Уатт. А американский изобретатель Девид Бушнелл даже оснастил им своё «потаённое судно» под названием «Черепаха», которое во время войны за независимость американских колоний пыталось атаковать британские корабли. То есть конструкция «архимедова винта» проверена временем… но после того, как он испытал вариант бывшего майора на модели, всякие сомнения у него исчезли.

«Защиту проекта», как обозвал это бывший майор, Бестужев провёл в жарко натопленном доме губернатора в конце марта. Народу набилось почти сорок человек – все «приговорённые» из числа офицеров, а также трое из числа боцманов, плюс руководство верфи, семеро мастеров и четверо бригадиров.

Технические чертежи корабля в двух проекциях плюс пять сечений по разным шпангоутам были развешаны на мощных планшетах, выполненных из тёсаных плах, перед которыми прохаживался Николай Александрович с указкой в руках.

— …таким образом, господа, вместо пятидесяти четырёх орудий, как на находящихся сейчас в работе «Ольге» и «Марии», наш фрегат будет нести всего двадцать – по восемь на борт в главном артиллерийском деке и четыре на поворотных кругах, позволяющих им вести огонь как в нос или корму, так и на борт, на верхней палубе. Но мощь бортового залпа нового корабля будет такова, что, по расчётам, на уничтожение семидесяти-восьмидесятипушечного трёхдечного линейного корабля, каковые сейчас составляют основную боевую мощь любых флотов, достаточно будет максимум трёх-четырёх бортовых залпов. Среди фрегатов же ему просто не будет равных.

— Эх ты ж… – охнул кто-то из мастеров.

— Наличие же паровой машины позволит нашему кораблю совершенно не зависеть от текущего направления ветров.

— А какая планируется скорость под паровой машиной? И как долго он сможет её держать? – задал вопрос кто-то из кораблестроителей.

Бестужев пожал плечами:

— Поскольку корабль совершенно новой модели – прикидочные рамки достаточно широки. По нашим оценкам, максимальная скорость должна составить без учёта ветра и течения – от одиннадцати до тринадцати с половиной узлов, и держать её он сможет до трёх часов. А на узел меньше максимальной – до десяти часов. Ну а восемь-десять узлов он, по запасу топлива, может держать до пяти суток. Далее придётся опять полагаться на паруса.

— А как быстро он способен дать ход с холодной машины? – подал голос кто-то из «приговорённых». Николай Александрович развернулся к бывшему майору. Ну конечно – кто здесь знал о паровых машинах больше его? Тем более что эту машину он ещё и проектировал.