Книга Кощеева отрада, или Как выдать замуж Ягу, страница 98 – Ника Крылатая

Она протянула Отраде рушник тоньше и длиннее обычного.

— Ярослав, помоги его растянуть! – прикрикнула на Кощея. – Да травой получше забросайте! Что видно не было.

— Что твоя бабушка задумала? – спросил Кощей, поспешив Отраде на помощь.

— Реку создаст, – ответила Отрада. – Видишь, какой узор вышит? Это вот вода текучая, а это облака плывущие, а тут рыбка плещется и камыш шумит.

Кощей почесал затылок. Узор этот ему ничего такого не напоминал. Как из ткани воды получится? Но из гребня лес ведь вырос! Штучки колдовские!

Вдвоем они расстелили рушник и принялись прикрывать его травой и всякими веточками, пока не спрятали вышитую вещицу полностью.

— Эй, блохастый! – в это время старшая Яга достала клубок из своей бездонной сумки. – Кот ты или кто? На вот, кати клубок повдоль замка. Вечно ваша братия нитки путает.

— Я не обычный кот! – фыркнул Баюн.

— Разговорчики мне тут! – Добрава сверкнула глазами, а у Баюна шерсть дыбом встала.

Подпрыгнув с места очень высоко, он плюхнулся на четыре лапы, едва не ткнувшись мордой в землю.

— Чего пугаешь? – спросил обиженно. – Иду я уже, иду!

Пришлось Баюну бежать разматывать клубок, старая карга точно ведьма! Пусть и написано в царской грамоте что колдунья. Ведьма и все тут! Но так увлекся, гоняя клубок, что об него запнулась выскочившая из лесу Ладушка. Она бы и упала, но Леший успел ее поймать.

— Идут! – глаза Ладушки были что озера бездонные.

— Уходи, – Добрава прищурилась. – Ну что, внученька, читала летописи, как сходились колдуны да ведьмы в битвах? Вот и наш черед настал. Давненько косточки я не разминала. Интересно, кто ж таков будет Черноморов наследник.

Добрава замерла, смотрю в одну точку. Казалось, она видит сквозь частокол, который сама и вырастила.

Отрада тоже смотрела туда. Но приближение колдуна не увидела – почувствовала. Вдруг ветер стих, Дремучий лес застыл. Ни ветка не скрипнет, ни птица не защебечет, умолкли насекомые и даже листки на деревьях замерли.

Душно стало, как перед грозой. Небо ясное, а кажется, что воздух густой, вязкий, вот-вот гроза начнется. Словно не день белый и солнце ясное, а тучи черные сумрак наступает.

Тишина стояла оглушающая. Она давила, не давая сделать вдох. Кощею хотелось рвануть рубаху и стукнуть себя кулаком по груди, чтобы снова начать нормально дышать. Он стоял чуть позади Отрады. Вышел бы вперед, да Добрава так на него глянула, чудо, что в пепел не обратила.

Когда казалось, что уже терпеть невозможно, тишина лопнула. Взорвалась нестерпимым звоном, режущим уши. Сильный ветер обрушился таким шквалом, что едва на ногах устояли. А Баюн, распластавшись по земле, пополз прятаться за груду камней. Ветер очень сильно пытался покатить его кубарем, но Баюн не зря постоянно беспокоился о своей фигуре. Вот сейчас и пригодился его вес!

За частоколом трещал и скрипел лес. Шум поднялся такой, хоть уши затыкай! Деревья скрипели так, будто их с корнем вырывают, а потом бросают.

У Отрады по коже побежали колкие мурашки, сердце сжалось от страха.

Ветер больно хлестал в лицо. Шум становился все громче, яростнее, по не содрогнулся частокол под ударами колдовской силы с той стороны.

Отрада и Кощей со страхом наблюдали, как прогибаются стволы шире рук в обхвате. Силен был пришедший.

Деревья трещали, и, наконец, разлетелись в щепки. В дыру шагнули мужчины, затянутые в черные одежды. Они сделали несколько шагов и Добрава крикнула: