Онлайн книга «Забытая жена»
|
«Индира, джаним, что с тобой?» – её голос был спокоен, но в глазах читалась тревога. Она присела на край ложа, положив прохладную ладонь мне на лоб. «Я… не знаю, – прошептала я, с трудом переводя дыхание. – Всё плывёт… Мне дурно». «Сколько дней так?» «Уже неделю… к утру особенно». Взгляд Захры-ханум изменился, в нём вспыхнула быстрая, как молния, догадка. Она не стала ничего говорить, лишь резко поднялась и отдала тихие, но чёткие распоряжения служанкам. Вскоре в покои вошли двое лекарей – один пожилой, с длинной седой бородой и внимательными глазами, другой – помоложе. Пожилой лекарь, которого звали Хаким-сахиб, велел показать язык, долго и пристально смотрел мне в глаза, а затем попросил разрешения пощупать пульс. Его пальцы легли на моё запястье, и он замер, погрузившись в себя. Тишина в комнате была звенящей. Я видела, как Захра-ханум не дыша, следит за его лицом. Наконец, Хаким-сахиб отнял руку и поднял взгляд. Его лицо озарилось почтительной улыбкой. «Хвалу Всемогущему Аллаху, – произнёс он торжественно, обращаясь к Захре-ханум. – Это не хворь. Это милость. Индира-бегум носит во чреве своём дитя Повелителя». Эти слова разорвали тишину как гром. Захра-ханум всплеснула руками, её глаза наполнились слезами радости. «Ты уверен, Хаким-сахиб?» «Это точно, ханум. Все признаки налицо: утренняя тошнота, головокружение, пульс… Пульс говорит сам за себя. Он бьётся как две разные жизни в одном ритме». Мир перевернулся. Я не отравлена. Я… беременна. Ребёнком Падишаха. Рука инстинктивно потянулась к плоскому животу. Захра-ханум немедленно отправила людей к Акбару. Мы ждали, и каждая минута тянулась как год. Я лежала, укутанная в шёлковые одеяла, и не могла осмыслить происходящее. Страх смешивался с каким-то невероятным, щемящим чувством. Он вошёл. Падишах Акбар величественно и стремительно ступил в комнату. Его сопровождали два безмолвных евнуха и личный лекарь – Хаким-сахиб, который недавно осматривал меня. Я попыталась встать с ложа, чтобы поклониться, но слабость подкашивала ноги. Повелитель быстро сократил расстояние между нами и мягко, но твёрдо остановил меня жестом. «Нет, – произнёс он, и в его голосе, обычно властном, я услышала непривычную заботу. – Лежи. Не двигайся». Он сел рядом со мной на краешек ложа, его пронзительный взгляд изучал моё лицо. «Хаким?» – бросил он через плечо, не отрывая от меня глаз. Пожилой лекарь склонился в почтительном поклоне. «Повелитель, я осмотрел Индиру-бегум. Её недомогания не оставляют сомнений. Она понесла. Срок ещё мал, но милость Аллаха явилась нам сегодня». Только тогда Акбар позволил себе улыбнуться. Это была не торжествующая улыбка завоевателя, а тёплая, искренняя улыбка мужчины, получившего неожиданный дар. «Хвалу Аллаху, – тихо произнёс он. – Ты носишь во чреве мою кровь». Он долго смотрел на меня, словно видя впервые. Не как на диковинную белую невольницу, а как на женщину, подарившую ему нечто бесценное. Один из евнухов молча подал ему ларец из тёмного нефрита. Повелитель открыл его и достал одно за другим: ожерелье из крупных идеальных жемчужин, тяжёлый браслет, усыпанный изумрудами, и тонкую золотую пластину, с аятом из Корана. «Пусть это будет твоим оберегом, – сказал Акбар, вкладывая прохладную пластину мне в ладонь. – С этого часа тебя будут охранять мои лучшие слуги и лекари. Отныне ты – полная госпожа в своих покоях. А в моём сердце… ты ею стала уже давно». |