Книга Сокровище для крылатого, страница 22 – Ингрида Пюли

Магические искры летели от их соприкосновения, крылья журавля, представляющего дом Исильды, трепетали в воздухе, поражали зрителей меняющимися цветами от светло-серого до кипенно-белого. В другой птице подозрительно угадывался дракон.

Рейнолд, стоявший рядом, наклонился ко мне и прошептал:

— К счастью для именинницы, я здесь не единственный крылатый.

Кружение внезапно прекратилось, птицы соединились в один светящийся шар, который вдруг завис над стоявшей в отделении Исильдой, и рассыпался над её головой несчётным количеством золотистых брызг. Те осели на наряд именинницы, преобразив его в новое платье, будто сотканное из тончайших золотистых брызг на атласе цвета сливочного крема.

Все захлопали в ладоши, а Исильда, приложив руку к груди, шуточно поклонилась, не теряя при этом достоинства. Всё это представление стоило бесконечно дорого, значит, с приданным у Исильды всё в порядке.

Первый танец открывала именинница и её дядя. Они двигались под звуки вальса удивительно легко, в бывшей невесте Рейнолда было столько грации, что невольно залюбуешься, но Рейнолд вскоре подал мне руку и пригласил на новый тур танца.

— Зачем ты сказал, что я еду с тобой? — спросила я, когда выдалась минутка поговорить. Танцевала я и раньше весьма неплохо, но сейчас под моими ногами будто разверзлась бездна, и чтобы не рухнуть в неё безвозвратно, мне приходилось парить в воздухе. Пока мы с драконом танцуем, пока держимся за руки, я в безопасности. И он тоже.

— Ты чувствуешь мою силу?

— Да, — ответила я безо всякого смущения. Между нами пробегали искры, совсем как те, что были искусственно созданы магами, приглашёнными бургомистром, но с одним отличием: наши были тёплыми, почти горячими. Почти живыми.

— Тогда я могу сказать тебе без утайки. Ты моя истинная пара, Оливия. И ты отправишься вслед за мной всюду, даже если я вздумаю улететь на край света, то единственное, что возьму с собой — это будешь ты.

Музыка кончилась, а мы застыли в зале, смотря друг другу в глаза. Я ожидала всего, чего угодно, даже думала мельком, что истинная пара дракона именно Исильда, и тем сильнее испытывала желание порвать её письмо, а лучше сжечь в пламени камина или свечи. И тем острее сейчас, понимая, что Рейнолд не врёт, мне захотелось сузить весь мир, уместив его в сердце, присвоить этот момент торжества, заточить его, запрятать под подушку, как ранее планировала сделать это с цветком орхидеи.

— Будь здесь, я скоро вернусь, — прошептал он, пожав мне руку, и с самым невозмутимым видом отправился к Исильде, чтобы пригласить её на танец. Того требовал этикет, и всё же я бы хотела остановить его.

Но не сделаю этого. Голова прояснилась, чары Драконьей искры развеялись, но сердце продолжало биться так часто, что холодели руки. Я взяла с подноса стакан лимонада и выпила его залпом.

— Нас не представили, госпожа, но, думаю, возьму на себя смелость самому себя обозначить, — вкрадчивый голос, от которого мороз бежал по коже, прошуршал за моей спиной. Это было самое точное слово: его обладатель был молодым мужчиной, драконом, весьма приятной, даже запоминающейся наружности, и голос елейный, а всё одно в нём слышался хруст песка под ногами на каменном полу.

Шутить с обладателем такого голоса не хотелось, знакомиться тоже, но обижать тем паче опасно, поэтому я решила быть вежливой, но не более того. А там и музыка стихнет, и вернётся Рейнолд.