Книга Всё начинается с нуля, страница 174 – Ания Сказ

Я подавил тяжёлый вздох и мягко промолвил, глядя прямо в плывущие зелёные глаза Тилиэль: — Ты права, так давай не будем портить его земными наслаждениями.

Рука с моего колена мигом исчезла.

Теперь уже я заключил в ладони мягкую лапку обиженной Тилиэль. — Вернёмся в лагерь. Скоро рассвет.

Утро в Ренкхое выдалось на редкость свежим и приятным. Несмотря на то, что всю ночь мы с Тилиэль бродили по лесу, наблюдая скрытые чудеса, свежими и отдохнувшими чувствовали себя все. С новыми силами двинулись в путь, гораздо бодрее, чем накануне.

Проснувшись под боком у Кирэля, Улима стыдливо прятала от меня глаза, стараясь держаться на расстоянии.

К слову, досталось и Медведю. Обвинив его в коварстве и намерении воспользоваться ситуацией, Улима напрочь отказывалась разговаривать и с ним.

Взяв на руки счастливого джина, она отчаянно пыталась завести беседу с Тилиэль на человеческом языке. Судя по реакции эльфийки, та понимала её примерно так же, как Улима остальных эльфов. Да и понять особого стремления не выказывала.

С приходом нового дня к ней вернулись надменность и подчёркнутая холодность. Она вновь обращалась ко мне сухим прозвищем «пришелец», напрочь забыв мое имя. Будто и не было этой волшебной ночи занятой простыми душевными разговорами.

— Знаете, что я думаю? — Мрачно объявил Кирэль, шагая рядом с нами по пружинящему мху и буравя тяжёлым взглядом затылок Улимы, — вот мы с Кайвином закончили королевскую военную академию, научились искусно обращаться с Файтелин, получили уйму знаний, которые, кстати говоря, мне ни разу не пригодились. Зато самого главного нам так и не рассказали!

— Чего именно? — Кайвин скептически изогнул бровь. — Как все-таки работает голова у женщин? А? — Кирэль вонзил ещё один обиженный взгляд в спину Улимы.

Наступила тишина, нарушаемая лишь треском редких веток под нашими сапогами. Мы с Кайвином быстренько переглянулись, а уголки губ Кирэля уже подрагивали, готовые в любой момент сорваться в улыбку.

— А и ладно! — Он обреченно махнул рукой.

Наш дружный смех лавиной обрушился на лес, спугнув стайку птиц. Тарна, идущая на привязи следом, шарахнулась в сторону, недовольно воскликнув.

Так толкаясь и перешучиваясь, мы почти нагнали идущих впереди девушек.

— Потише вы там! — Сердито шикнула Тилиэль, обернувшись к нашей неразлучной троице.

Взгляд Улимы был полностью солидарен с ней.

— Мы почти дошли до рощи Эходрев, — объявила эльфийка, — проявите уважение.

— Как думаешь, Кайвин, она, по-моему, и правда твоя родственница? Такая же зануда. — Быстро определил друга Кирэль.

— Понятия не имею, да и не хочу понимать. Если бы я был нужен своим родным, они бы не оставили меня одного посреди площади. Или же, по крайней мере, сообщили бы о причинах такого поступка в записке, — сухо отозвался Кот, — моя семья — это ты и теперь ещё Отто.

Я робко улыбнулся, смутившись от столь откровенного признания. В этой новой жизни я еще ни разу не переступал рубеж выгодно-договорных отношений.

И не выступал в статусе просто личности, когда другие эльфы и люди ничего от тебя не ждут, а находятся рядом, потому что таково их искреннее и свободное желание.

Кот и Медведь оказались первыми, кто познакомил меня с приятной стороной взаимоотношений. Стороной дружбы.