Книга Сеть Гефеста, страница 201 – Александр Андрюхин

— Ну-ну, – завозился на стуле следователь. – Несколько натянуто, но интересно. Продолжайте! Значит, вы уверены, что Животовский не убивал. Тогда кто? Неужели Углов нанял киллера?

— Вряд ли. Киллеры рано или поздно развязывают языки, а будущему нефтяному королю нужна безупречная репутация. Лично я бы на его месте никому не доверил этого дела. Я бы убил сам, – без тени юмора произнес милиционер.

Следователь рассмеялся.

— Смело! В фантазии вам не откажешь. Но это ваши измышления. А где факты? Ваш флакон – это что, факт?

— Косвенный, но факт! А вот еще факт: убийца проник в дом, не нарушив сигнализации. Это под силу только хозяину дома. А перед тем, как уйти, он спокойно протер шваброй пол, а затем стер отпечатки с ручки швабры. Видите, он отнюдь не торопился. А это говорит о том, что он хорошо знал дом и был уверен в сигнализации. Не суетился, не дергался, все делал с чувством, с толком, с расстановкой.

— Тогда я не понимаю, зачем он вам передал флакон? Да нет! Все, что вы говорите, полная ерунда! Во время галлюцинаций жены и во время убийства он был в Казани. Это факт неопровержимый. Его в списке пассажиров не было, так что плюньте-ка вы на это, Игорь Семенович.

— Да, действительно, Углова не было в списках пассажиров, – не унимался участковый. – Но в списках пассажиров были двое других, на которых мы с вами сразу обратили внимание, потому что они оба вылетели из Казани в двенадцать ночи и оба утренним рейсом вернулись обратно.

— Ну да, конечно, помню! – украдкой зевнул следователь. – Места у них были раздельные, а фамилии их, если мне не изменяет память: Иванов и Корягина. Ну и что? Что из этого следует?

— А то, что Углов вчера сочетался законным браком именно с гражданкой Корягиной. Что вы на это скажете?

— Да? Интересно. И какой же вывод?

— А знаете ли вы, как фамилия того юрисконсульта, с которым напился Углов в ночь убийства жены? Иванов!

— И все?

— Нет, не все! Я оставляю вам этот флакон. И оставляю заключение экспертизы.

— Не понял, – нахмурился следователь. – Это намек на пересмотр дела в связи с новыми измышлениями участкового?

— Почему измышлениями? – покачал головой Житков. – В связи с новыми фактами. Впрочем, как сочтете нужным. Но флакон с заключением экспертизы я оставляю у вас. Делайте что хотите. До свидания!

Даже когда они подавали заявление, и тогда Кирилл не знал фамилии своей возлюбленной. Он первым протянул паспорт работнице ЗАГСа, а Олеся, немного замявшись, второй. Полная женщина с любезной улыбкой вписала их фамилии в журнал, вернула паспорта и объявила женихом и невестой. Кирилл сразу потянулся к губам невесты, но Олеся застенчиво увернулась.

— Еще не время, – улыбнулась она.

Только во время торжественной церемонии, когда регистраторша дворца бракосочетания звонко объявила: «Сочетаются законным браком гражданин Российской Федерации Кирилл Григорьевич Углов и гражданка Российской Федерации Олеся Глебовна Корягина», жениха неожиданно кинуло в жар. Кирилл покосился на молодую невесту, и ему стало не по себе.

Во время обмена кольцами жених взглянул в ее глаза и уловил в них какой-то странный блеск. После супружеского поцелуя, от которого Олеся по обыкновению увернулась, беспокойство возросло. Но следом кинулись поздравлять родственники с друзьями, среди которых были и родители Олеси.