Книга Сеть Гефеста, страница 146 – Александр Андрюхин

— Или ты прекратишь оставлять меня одну, или ты меня больше не увидишь, – заявила она.

Словом, этот вид бизнеса (хоть и не очень доходный, но более-менее стабильный) пришлось оставить из-за жены. А товар пропал. И пропали деньги. Однако сразу после этого Кирилл занялся мебелью. Вот тут впервые в жизни ему стало фартить.

Он поставлял мебель клиентам прямо с мебельной фабрики, и конкурентов на тот момент у него не было. За те полгода, которые Кирилл занимался шкафами и кухонными гарнитурами, он не только расплатился с долгами, но и сколотил небольшой капиталец. «Ну, кажется, я нашел свою нишу в бизнесе», – с облегчением вздохнул коммерсант и все не верил своему счастью и ждал новых сюрпризов от жены. Но Лиана, казалось, исчерпала все свои сюрпризы. Однако рано радовался Кирилл…

Беда снова явилась неожиданно. На этот раз она изошла не от жены, а от тещи. С Лианой Кирилл немного приспособился. Он перестал давать свои рабочие телефоны и начал оставлять ей деньги на такси, чтобы она не дергала во время работы. Оставлял, конечно, не ей, а домохозяйке. Клавдия Петровна, шестидесятилетняя женщина с добрыми глазами и терпеливым характером, была на редкость толковой. Впоследствии Кирилл неоднократно радовался, что не уволил ее в трудные для семьи дни. Ей-то он и доверял деньги на продукты и на поездки Лианы в бассейн и разного рода салоны.

— Она как дитя, – соглашалась Клавдия Петровна, пряча деньги под фартук.

— Хуже! – со вздохом соглашался Кирилл, отправляясь на работу. – Детям можно хотя бы что-то втолковать, а ей – бесполезно.

И вот однажды, как всегда, в самый ответственный момент (менеджер вел переговоры по оптовым поставкам детских стенок) раздался телефонный звонок. Если бы Кирилл не снял трубку, сделка бы состоялась. И тогда бы он взлетел совсем на иную ступень в своем мебельном бизнесе. Впоследствии он неоднократно проклинал себя за то, что дернулся от звонка и инстинктивно схватил трубку.

— Я слушаю, – произнес он деловито, не сводя цепких глаз с клиента.

— Кирилл! – истерично воскликнула Лиана. – Срочно приезжай! С мамой плохо.

— Что с ней?

— Умирает!

Что оставалось делать бедному посреднику? Перенести переговоры на завтра и пулей рвануть на квартиру к теще. Кирилл застал ее живой и невредимой. Во всяком случае, не в постели с мутным взором. Она всего лишь заговаривалась и временами сильно напрягала лоб, словно старалась что-то вспомнить. Ее движения были замедленными и плавными, глаза неподвижными, а умирать – она не умирала.

Нина Григорьевна держала в руках солдатский ремень, который пыталась вырвать Лиана, но мать не давала.

— Мама, что с тобой? Успокойся! Все будет хорошо. Отдай ремень! Зачем ты полезла в сундук? – Лиана обернулась на влетевшего в квартиру мужа и плаксиво пожаловалась: – Как видит этот ремень, так с ней истерика. И почему я его не выкинула?

Нина Григорьевна подняла неподвижные глаза на зятя и с укором произнесла:

— А ведь ты, Степа, сам расстегнул ремень. И как ты умудрился? Ведь в твоих руках было два чемодана?

Кирилл вытаращил глаза, а Лиана принялась отчаянно трясти родительницу:

— Мама, это же Кирилл, мой муж! Неужели ты не видишь? У тебя началось как с дедом…

Вот тут впервые Кирилл и узнал, что их дед скончался в сумасшедшем доме.