Книга Громовы Лозы, страница 77 – Райна Фотева

— Прости меня, слышишь, прости, — шептал он, сжимая её в объятьях, затем снова, не опуская рук, поднял лицо девушки навстречу своим губам.

Паша чувствовал, как её руки сжимают его спину через футболку, комкая материю. Она больше не пряталась от него за обидой, она снова с ним. Это понимание взорвалось фейерверком в голове, и он уже не мог анализировать происходящее. Поцелуи должны были однажды перерасти в большее, потому что даже если двое утверждают, что они только друзья и при этом целуются в губы при каждой встрече, рано или поздно это уложит их по горизонтали. Катина футболка полетела вниз первой, затем его. Паша сперва подсадил девушку на столешницу, а потом просто унёс туда, где хранили свои тайны лоскутное одеяло и длинные цветастые занавески, за которыми пряталось озеро.

Паша проснулся первым спустя пару часов, на несколько секунд потеряв связь с реальностью, отчего не сразу сообразил, где он. Хотелось воды и курить, и даже поесть. Катя, обнаженная и прекрасная, лежала на белой простыне лицом к нему, подушка частично прикрывала её обнаженную грудь рюшами на наволочке, а ему хотелось убрать их оттуда, чтобы не мешали смотреть. Длинные волосы устилали постель за её спиной. Она лежала прямо на простыне, подогнув к себе кисти, словно кошачьи лапки, и Паша лёг рядом в такую же позу, чтобы оказаться лицом к лицу.

Это была любовь, он знал. Он был честен, когда говорил о любви, и в губы целовал не от скуки, а потому что она привлекала его как женщина, хотя, безусловно, он понял это не сразу. Она похожа на маяк посреди ночного океана. Сколько бы ни прошло времени, куда бы он ни плыл, все пути приведут к ней, все корабли придут к ней, он будет искать её во тьме, потому что она — это свет.

Думать о будущем было ещё рано. Хотя Паша знал, что надо спешить: ему уже тридцать пять, некогда откладывать то, что понравилось, чтобы походить и посмотреть еще и, если что, вернуться. Решив дать себе время до первого июня, чтобы снова обдумать все эти вопросы, он нежно поцеловал девушку в аккуратный носик, а когда она улыбнулась сквозь сон, прикоснулся к губам.

— Если Сова будет много спать, она останется без еды, — шёпотом произнёс он, с улыбкой наблюдая, как любимая просыпается.

Катя чувствовала себя счастливой. И, несмотря на абсолютное и полное понимание природы их отношений, сердце и душа пели, потому что Павел заполнил очень важную нишу в её жизни. А может быть, это просто был кусочек паззла, который наконец встал на место, и картина стала полной. Её детская любовь наконец материализовалась, покинув мечты и залечивая боль от его отказа тогда.

Катя бросила Ромео палку и оглянулась через луг на свой дом, потом перевела взгляд на дом Паши. С этой точки он смотрелся как небольшой грибок рядом с деревом. Катя пошла дальше, выбирая место на тропе, где не росли цветы, чтобы не раздавить. Раннее утро вдохновляло и успокаивало одновременно. Сегодня ожидали несколько заселений сразу: въезжала целая семья в «Январь» на полтора месяца и постоянный гость в «Август» — Николай, вдовец чуть за сорок, бездетный и необщительный, он приезжал каждый год примерно в эти дни. Катя думала, что это связано с датами, когда не стало его супруги, но сам он ничего об этом не рассказывал.