Книга Телохранитель для пышки 2, страница 2 – Рэй Харт

— Спокойная я.

— Нет. — Она качает головой. Непослушная прядь её волос падает на лоб. — Спокойные — это те, кому плевать. А ты… Ты как перед прыжком с тарзанки. Такая же возбуждённая. Это очень опасно...

Я не спорю. Открываю ноутбук, поворачиваю экраном к ней.

— Посмотри.

На экране она видит таблицу. Транзакции. Три. Все подряд. Все — с пометкой «консультационные услуги». Суммы — шестьсот тысяч, миллион двести, восемьсот. Долларов. Отправитель — компании Михаила. Получатель — фирмы, за которыми стоит мой отец.

Ленка сначала думает. Потом тихо говорит:

— Ты думаешь, он продал тебя?

— Продал. — Мой голос ровный, я тренировала его два года перед зеркалом. — Сначала — за брак. Потом — чтобы я не рожала ребёнка. Потом…

Я замолкаю. Не могу сказать это вслух. Последняя транзакция — за две недели до обстрела.

Отец всё знал. Он получил деньги за то, что закрыл глаза на убийство дочки.

Ленка берёт мою руку. Пальцы у неё горячие, такие знакомые и родные.

— Ты поедешь к нему?

— Да. Но потом. Он в Италии. — Я встаю, подхожу к окну. За стеклом по-прежнему идёт мелкий дождь, мокрые крыши, серая бесконечность. — Но у него есть старая дача. Ещё мамина. Там есть сейф.

Ленка понимает мгновенно.

— Ты хочешь туда поехать?

— Я хочу найти доказательства. — Я поворачиваюсь. — Чтобы больше никогда не сомневаться, чья я дочь.

Ленка выдыхает. Тянется за сигаретами.

— Едем вместе. Но я беру термос. И много кофе. Ты за рулём, Варь.

Дача отца в сорока километрах от Москвы.

Старая, барская, постройка из девяностых. Место, где я провела каждое лето с двенадцати до семнадцати. Где Максим впервые поцеловал меня на чердаке, пахнущем сеном и пылью. Где мы клялись друг другу в вечной любви, не зная, что это превратится в десять лет лжи.

Сейчас там окна заколочены. Трава по пояс. Калитка заржавела, открывается с протяжным скрипом.

— Жуткое место, — бормочет Ленка, кутаясь в свитер и оглядываясь по сторонам.

— Это место было моим домом несколько лет, — отвечаю я. — Теперь просто заброшенная развалина.

Ключ всё ещё подходит. Замки так никто и не менял. Дверь открывается с трудом — дерево разбухло от сырости.

Внутри — противный холод, пыль, запах мышей и забвения. Мебель в чехлах. На кухне пустой открытый холодильник, на столе газета двухлетней давности. Отец не приезжал сюда с тех пор, как ушёл к новой жене. Дача осталась маминой, но он не отдал её, не продал — просто бросил. Как и свою семью.

Ленка остаётся внизу. Следит, чтобы никто чужой не застал нас врасплох. Я слышу как она звонит мужу, этот развод даётся ей очень тяжело, впрочем как и мой развод доставляет мне кучу неприятностей.

Я поднимаюсь на второй этаж.

Кабинет отца.

Знакомая дверь, которую я боялась открывать в детстве. Оттуда всегда пахло табаком и строгостью. Отец работал по ночам, и если я случайно заходила — он молча выпроваживал меня, не повышая голоса, но и без родительского тепла.

Сейчас дверь не заперта.

Сейф — в стене, за картиной. Голландский пейзаж, который я ненавидела больше других картин в доме. Коровы, мельницы, бесконечное серое небо. Я отодвигаю холст. Набираю код.

19121979.

День рождения мамы. Я подглядела комбинацию совершенно случайно много лет назад. Отец не менял его никогда. Слишком ленив для новых цифр. Или слишком сентиментален, я точно не знаю. И не хочу больше этого знать.