Книга Телохранитель для пышки 2, страница 7 – Рэй Харт

Двигатель взревел. Седан резко срывается с места, и меня отбрасывает в сторону.

Я ничего не вижу сквозь чёрный мешок. Не могу громко кричать — ткань мешает. Работает только слух и осязание.

Внутри мне очень страшно, и я здорово злюсь — и на них, и на себя за свою бестолковую неосторожность. В голове крутятся вопросы.

Почему меня не застрелили на улице? Было бы проще. Один выстрел — и всё. Вместо этого — похищение, машина, мешок. Зачем?

Не убьют, поняла я вдруг. Если хотели убить — убили бы сразу. Значит, им что-то от меня нужно. Выкуп? Информация? Или просто хотят увезти подальше, чтобы никто не нашёл.

Мы едем минут двадцать, не меньше.

Я хочу о многом спросить. Мычу сквозь ткань — яростно, глухо, бессмысленно.

Никто не отвечает.

— За нами хвост, — говорит один из похитителей. Спокойно так, будто сообщает второму о погоде на завтра.

Машина резко ускоряется. Меня бросает вперёд — головой о спинку.

— Чёрный «Форд». От самого центра тащится, — отвечает второй.

— Отрываемся.

И началось.

С визгом шин седан ныряет в поворот. Меня мотает по сиденью — плечом о дверь, затылком об стекло. Удар, второй, третий.

Лёжа на боку, я пытаюсь сгруппироваться, поджать колени к животу. Но связанные ноги не слушаются.

Машина петляет. Смена полосы, резкое торможение, снова разгон.

— Не отстаёт, сука.

Я ударяюсь головой о стекло в четвёртый раз. В ушах звенит.

Решаю просто лечь на пол. Не сопротивляться. Не пытаться встать. Пусть делают что хотят. Я ничего не могу изменить.

Секунды тянутся как минуты.

Вдруг — удар.

Сзади. Сильный. Меня подбрасывает вверх, и я снова падаю, ударяясь локтями, плечами, рёбрами — всё тело болит.

— Настойчивый сукин сын! — рявкает один из бандитов.

Моё сердце бьётся как пичужка. Колотится так, что я боюсь — выскочит.

Следующий удар — уже сбоку. Машину заносит, визг покрышек, запах палёной резины. Меня швыряет вперёд — я упираюсь в передние сиденья лбом, потом грудью, потом всем телом.

Хлопок. Громкий, как выстрел.

Подушки безопасности сработали на переднем сиденье. Я слышу шипение, мат, тяжёлое дыхание моих похитителей.

Потом — удар. Короткий, резкий. Машина во что-то врезается. Меня выбрасывает вперёд по инерции, потом назад, о спинку.

Звон в ушах. Наступила полная тишина, всего на секунду. Потом — звуки.

Скрежет металла. Шаги по асфальту. Чей-то крик.

Я не могу пошевелиться. Лежу скрюченная на полу, с мешком на голове, со связанными руками и ногами, и слышу только хруст гравия под чужими ногами. Я обессиленно мычу сквозь ткань.

Дверь со стороны водителя открывается. Тяжёлый удар. Вскрик.

Ещё удар. Кто-то падает на землю.

— Варя, ты жива? — Голос. Низкий, с хрипотцой. Его голос.

Максим.

Я дёргаюсь, мычу в ткань — громко, отчаянно, не в силах сдержаться.

«Я жива! Я здесь!»

Вторая дверь — моя. Ручка дёргается. Не открывается.

Удар ногой по двери — с такой силой, что металл вибрирует и машина качается. Ещё удар. Дверь поддаётся, скрипит, открывается.

Сильные руки хватают меня за плечи, вытаскивают наружу. Не грубо, но достаточно быстро. Мешок сдёргивают — свет бьёт по глазам, я щурюсь, ничего не вижу сначала.

Потом вижу его.

Действительно Максим. Мне не показалось. Мой вечный спаситель!

Стоит рядом на коленях, тяжело дышит. Его лицо — не в лучшем состоянии. Разбитая губа, свежий синяк на скуле, рассечена бровь — кровь течёт по виску.